- Возвернулась?
- Не токмо возвернулась. А и замуж за меня идет, - самодовольно улыбается Беригор. А я шлепаю его по ладони, требуя замолчать.
- Эх, ты ж! – крякает стражник, - ай да, воевода! Силен! Такую девку отхватил.
- А вено за нее, наверное, ого-го было? – включается в разговор второй.
Стражники начинают меж собой прикидывать, ставки растут, но мы торопливо проезжаем мимо. Медведю не терпится затащить меня в свою берлогу, но он придерживает коня, чтобы меня не растрясло.
- Теперь точно не отвертишься, - шепчет Беригор, - завтра весь город знать будет, что согласилась за меня пойти.
- Вот, интриган! – шиплю я, сдерживая улыбку.
- Так ты ж, как водица сквозь пальцы. Только поверю – что моя, ан нет – опять ускользаешь. А теперь не отвертишься. В четыре руки держать будем, - самодовольно хмыкает, поглаживая мой живот.
- Это мы еще посмотрим, - спорю больше для проформы.
- Конечно, ягодка. Завтра к князю поедем и посмотрим.
- А к нему зачем?
- Супружество благословить должен. Как правитель и друг ближний.
Да и рад он будет видеть тебя. Тосковали мы все.
В свой дом Беригор занес меня, как невесту, на руках. Нас никто не ждал, но сонный Хелиг, открывший нам дверь, вмиг проснулся и сиреной завопил на весь дом:
- Вернулась! Хозяйка вернулась!
Началась кутерьма и топот. Прибежала кухарка, какие-то челядинки. Моя верная Смешка едва ли не кубарем скатилась с лестницы и со слезами бросилась Беригору под ноги:
- Госпожа! Госпожа Яра!
Воевода осторожно поставил меня на ноги, сразу же собственнически обняв за талию.
- Слуги мои верные, - произнес Беригор, - радость у нас великая: вернулась ваша хозяйка. Женой моей согласилась стать, по всем нашим правилам. А окромя того – в тягости она, ребенка мы ждем.
Вокруг заохали, запричитали, Хелиг издал какой-то воинственный клич."
"- А хозяйку кто-нибудь кормить собирается? – не выдержала я ажиотажа распаленной публики.
Слуги, охая и причитая, табором побежали в сторону кухни под негромкий смех Беригора.
- Эк, ты их разогнала. Пойдем, родная, наверх.
Освежишься с дороги.
Воевода попытался увлечь меня в сторону лестницы. Но я отстранилась и протянула руки моей преданной служанке, так и оставшейся на коленях. Та со всхлипом бросилась мне в объятия.
- Госпожа, я так молилась, так ждала, - шепчет девочка.
- Тихо, Смешик, тихо, - поглаживаю по русой голове, - я вернулась. Все теперь хорошо будет.
- Ты же не уедешь более?
- Да кто ж меня теперь отпустит, - усмехаюсь я, - беги на кухню, накрывайте стол.
