Даже не мог представить, что будет, когда я действительно окажусь внутри нее…
Десять секунд. Если повезет.
Линкольн и Ари каким-то образом узнают. И они никогда не дадут мне об этом забыть.
Вайолет никогда не захочет иметь со мной ничего общего.
Единственный правильный выход из этой ситуации – помочь себе рукой. В ледяной воде. Пока она в нескольких метрах от меня.
Черт, это было жалко. Но необходимо.
Крепко сжав свой член, я начал медленно двигать рукой вверх и вниз, шипя, когда холодные капли воды касались моей кожи.
Это была самая позорная дрочка в жизни.
Момент, который я мог бы назвать секундой помешательства.
Но было так легко представить ее… в моей джерси, на коленях. Мокрой, когда она смотрела на меня этими сумасшедшими, красивыми глазами… с этими розовыми, пухлыми губами. Ее язык выскользнул, кончик коснулся моего члена…
– Какого черта твоя джерси не пахнет?
Ее голос выдернул меня из грез. И я кончил… сдержать себя было невозможно. Струи спермы залили кафельную стену душевой."
"– Боже мой, – прошептал я, буквально дрожа от того, насколько сильным был этот оргазм… и как холод леденил кожу.
Десять секунд.
Вот сколько времени это заняло. Чертовски неловко.
Может быть, во время реального секса будет двадцать.
Я выключил воду, схватил полотенце и обернул его вокруг талии. Я слышал, что она сказала, и мог догадаться, что случилось, но мне необходимо было убедиться самому во всем происходящем.
Несколько шагов, и вот она… в моем чертовом джерси. Оно висело на ней, и от этого Вайолет поежилась.
Пока ее взгляд, черт возьми, пожирал меня.
– Эмм… я ее надела, – пробормотала она, ее глаза были прикованы к моей груди. Капля воды скользнула по моей коже, и она проследила за ней… до самой кромки полотенца.
– Ух ты, – выдохнула она.
– Что это было? – спросил я, поддразнивая. – Ты только что сказала «ух ты»?
Она показала мне язык и начала неловко махать руками.
– Ну… это действительно несправедливо, что тебе приходится скрывать все это, – она указала на мое лицо, – и это… – указала на мою грудь, – и, это, черт возьми!
Она снова скользнула взглядом к моему паху.
– Не пялься на мой член, – вскрикнул я, выставив перед ним руки, потому что, черт возьми… полотенце поднималось. Что эта девчонка делала со мной?
– Одевайся, – простонала она. – Не могу терпеть.
Я откинул часть мокрых волос с лица, все еще прикрывая область паха другой рукой, потому что Геркулес был так же ОДЕРЖИМ ей, как и каждая другая частичка меня.
