На ее лице играла кровожадная улыбка, от которой у меня по коже побежали мурашки.
– Постарайся не опозориться на сцене, – сказала она вкрадчиво, голос сочился сарказмом и ядом. – Ты много сделала и, кто знает, может быть, публика простит тебя за то, что ты вела себя как жалкое подобие человека.
Я не ответила."
"Слова резали меня по живому, как и всегда, но я не собиралась показывать ей свою слабость. Она была настоящим вампиром, который высосал всю мою любовь к творчеству и пению. Она пила мою страсть к музыке, пока она не иссякла.
Тогда я сломалась. Я не знала, наступит ли когда-нибудь момент, когда она не сможет причинить мне боль, когда маленькая девочка внутри меня – та, что все еще надеялась, что достойна чьей-то любви, – перестанет искать материнского одобрения.
Но, может быть, я чувствовала себя немного сильнее после выходных в объятиях Уолкера, впечатавшего себе в память каждую впадинку и все изгибы моего тела. Потому что на этот раз я смогла сохранить совершенно безразличное выражение лица.
После минуты неловкого молчания, когда она просто стояла в дверях, ожидая, что я сломаюсь… Джолетт наконец издала звук вроде «хмф» и вышла, не сказав больше ни слова.
Как только дверь за ней захлопнулась, я выдохнула и нависла над туалетным столиком, пытаясь сдержать рвотные позывы. У меня закружилась голова от переполняющих эмоций и воспоминаний, которые она смогла вызвать всего несколькими словами. Тряхнув головой, я наконец выпрямилась, снова нанесла красную помаду, словно боевой раскрас, способный превратить меня в кого-то другого.
Я посмотрела в зеркало, и заставила себя стать Оливией Дарлинг.
Как бы я ее ни ненавидела.
* * *Когда вышла на сцену, почувствовала себя не в своей тарелке. Свет был слишком ярким, толпа – слишком громкой. Их энергия опустошала меня подобно суккубу, высасывающему жизненные силы. Такую публику, как уже признавалась Уолкеру, я ненавидела. Они только забирали, не отдавая ничего взамен.
Никто из группы, с которой я сегодня выступала, не был мне знаком.
Моя старая команда, очевидно, ушла. Было бы странно просить их остаться, учитывая, что я сказала, что никогда не буду выступать, пока нахожусь под опекой.
Слова, когда-то сказанные мной, заставили сейчас почувствовать себя лгуньей. Я натянула улыбку и посмотрела на толпу кричащих фанатов.
Сделав глубокий вдох, я попыталась сформулировать какую-нибудь мысль и вернуть себе самообладание.
– Всем привет. Вы как? Меня зовут Оливия.
