– Слушайте, что у вас тут происходит? – не выдержал я. – Рэкетиров боитесь, что ли? Что вы за мной ходите по пятам?
– А вы не знаете? – откликнулся верзила. – У нас теперь во всех магазинах так. В тех, которые еще уцелели.
– Я приезжий. А что значит – уцелели?
– Так вы действительно не знаете? У нас пару месяцев назад беда случилась. Все дорогие модели оказались испачканы краской. Представляете, какая-то сволочь краской из аэрозольного баллона перепортила нам больше половины товара. И точно такая же история произошла еще в четырех магазинах.
А через неделю – еще в нескольких. Товар пропал, как будто его украли, убытки те же. Часть магазинов такого финансового удара не вынесла, они прогорели и закрылись. Другие усилили охрану, поставили кругом телемониторы, взяли на работу дополнительно продавщиц, чтобы за каждым покупателем ходили и все вещи после примерочной проверяли. Ну, сами понимаете, не каждому магазину такое по карману, поэтому многие начали потихоньку сворачиваться и закрываться.
Мы вот еще пока держимся, но тоже уже на последнем издыхании.
– А милиция что же? Нашла этих хулиганов?
– Ну прямо-таки! – фыркнул охранник. – Сейчас они все бросили и кинулись искать.
– Понятно. Я примерю эти брюки?
– Пожалуйста, кабинка направо.
Подходя к кабинке, я увидел, что и Татьяна направляется в примерочную с каким-то костюмом в руках. Следом за ней понуро тащилась продавщица.
Мы зашли в соседние примерочные. Я слышал, как в метре от меня раздевается молодая женщина, и хотел ее с невероятной силой.
Господи, да что за наваждение на меня нашло? Может, она колдунья?
Брюки сидели на мне так, словно я в них родился. Но я взглянул на этикетку и сразу все понял. Они были изготовлены известной фирмой и стоили триста условных единиц, читай – долларов. Конечно, за такую цену им бы еще плохо сидеть!
– Таня, – позвал я вполголоса. Перегородки между кабинками были чуть выше человеческого роста, и я не сомневался, что она меня услышит.
– Ау, – тут же откликнулась она.
– Как костюм?
– Обалдеть.
– А цена?
– Еще больше обалдеть.
– Сколько?
– Пятьсот восемьдесят.
Я присвистнул.
– И ты можешь такое носить?
– А у меня выхода нет. На мою фигуру дешевых платьев не бывает. То есть бывают, конечно, но их носить нельзя.
– Можно посмотреть?
– Заходи.
Я вышел из кабинки и протянул брюки стоявшему рядом охраннику, который тут же начал придирчиво их осматривать.