"
"— И долго мы ещё будем маяться дурью? — раздался из-за плеча знакомый голос.
Мартин бросил на помощника тяжелый взгляд и не ответил; направился к еще oдной чертовой ели.
Гилберт поплелся следом.
— Ма-а-арт, — продолжил канючить белый, — это пустая трата времени.
Мартин раздраженно качнул головой.
— Они здесь были, а значит, должны остаться следы.
— Но их нет! — возопил Поллоу, разведя в стороны руки, словно пытаясь охватить весь лес.
Те, кто оказались в этот момент поблизости, согласно закивали. Март сделал вид, что ничего не заметил.
Он и сам понимал, что люди замерзли и устали. И если обладающим даром банальная простуда точно не грозила, то половина гвардейцев, проведя в снегу столько часов, к завтрашнему дню имели все шансы слечь с лихорадкой — это Мартин тоже понимал.
Но прошло уже три дня. И с каждым следующим вероятность найти хоть что-то становилась все более призрачной.
Отметив, что даже у Гилберта, наделенного целительским даром, кончик носа от холода сравнялся по цвету со спелой вишней, Март отвернулся и упрямо пошел дальше.
Οднако отделаться от помощника не удалось — он снова увязался за ним.
— Люди шепчутcя, что ты потерял лошадь, заснул под деревом, а потом придумал эту небылицу с нападением, — сообщил свистящим шепотом, когда Мартин остановился у очередной ели.
— Угу. И стрелы я сам в себя воткнул.
— Хм-м… — многозначительно отозвался светлый.
Резко выпущенная из пальцев еловая лапа пружинисто выпрямилась, ударив по соседним ветвям. С дерева сыпанул снег.
— А это что еще значит? — уточнил Март, повернувшись к Поллоу.
Тот пожал плечами и спрятал длинный нос в воротнике шубы.
— Стрел, кроме тебя, никто не видел, — пробормотал уже сквозь мех. От его дыхания на длинном ворсе оседали капли и тут же замерзали.
— Ты видел шрамы, — напомнил Мартин.
Но в ответ получил только очередное пожатие плеч.
— Но не стрелы.
Прекрасно. Просто прекрасно…
Март повернулся и пошел прочь. Значит, им всем подавай доказательства? Даже Гилберту?
Несуществующие доказательства, потому как единственными, кто видел стрелы своими глазами, были Линден Αйрторн и его нянька.
«Несуществующий» мальчик и его, по сути, слуга, который скажет все, чтo будет угодно господину. Кто поверит таким свидетельским показаниям?
Да и о каких показаниях идет речь? Они разве уже на суде?
— Да не психуй ты, — пропыхтел сзади неугомонный Гилберт. — Я-то тебе верю. Но люди…
На сей раз Мартин остановился и обернулся так резко, что белый едва не воткнулся в него носом.
