Поэтому, выбирая между письмом, в ответ на которое наверняка получил бы кучу нотаций и причитаний, и походом в ванную, колебался Мартин недолго.
Подойдя к столу, он швырнул на него послание и достал перо из подставки.
«Жиль здесь. Οдна. С местными. Я ее возьму», — написал коротко на обратной стороне присланного Приузом листка и тут же отправил.
«Жиль? Та самая Жиль?! Как это произошло?!» — не прошло и минуты, как прилетел ответ.
Мартиң поморщился.
— Как-как… — раздраженно пробормотал себе под нос и, смяв, сжег бумагу прямо в ладони.
Приуз же все равно напишет потом Гилберту, переспрашивая…
Вот пусть тот и распинается.
* * *— Я так и знал! — причитал Гилберт, сидя рядом с ним на кровати и врачуя раны. — Так и знал, что нельзя оставлять тебя без приcмотра ни на минуту! Ты знаешь, что мне пришлось пережить? Знаешь? Камера пуста, охрана в отключке. Вся столица на ушах! А отвечай кто? Конечно же, Поллоу. Вынь им да положь, куда ты делся!
Мартин тяжело вздохнул и немного передвинул руку, лежащую на колене ладонью вверх, чтобы белому было удобнее.
— Уймись хоть ты, сделай милость, — попросил устало.
И Гилберт, оскoрблėнно зыркнув на него из-под длинных светлых ресниц, таки прикусил язык.
Правда, ненадолго.
— Получается, если бы не мелкий Айрторн, тебя бы и правда убили? — спросил через пару минут значительно тише и серьезнее.
— О да. — Март отвернулся, устав любоваться стягивающимися краями раны, и уставился в окно.
Рассвело. Гонимые ветром, в стекло бились белые «мошки» снега. Утро, которое он мог бы уже не застать…
— Ну все же кончилось хорошо, — поспешил утешить белый, что-то прочтя в его лице.
Мартин невесело хмыкнул и покачал головой.
— Ни черта ещё не закончилось. Ни. Чер-та.
— Α?.. — начал было Поллоу, но замолчал под прямым тяжелым взглядом. — Ладно. — Передернул тощими плечами, в кои-то веки облаченными в обычную человеческую одежду, а не в несуразную хламиду. — Как скажешь. — Однако тут же снова вскинул голову, с любопытством сияя глазами. — А кто это вообще, эта Жиль? — поинтересовался бесхитростно.
— Что-то знакомое… Еще из тех? Из бывших людей Шкипера?
И Март скрипнул зубами, вспомнив, с какой довольной ухмылкой та выводила лезвием узоры на его теле.
Перевел взгляд на помощника.
— Та, чью голову мы отвезем в столицу и поставим на пике посреди главной площади.
Гилберт пораженно моргнул, явно не ожидая такого ответа, и поспешил устремить взгляд на почти полностью затянувшуюся рану под своими ладонями.
И к лучшему.
