Их надо как-то скрыть, и при этом оставить на виду. И придумать что-то раньше, чем тут появятся ее служанки. Увы, теперь на них полагаться нельзя, хотя бы ради их же собственной безопасности. Она давно уже не злилась на Лессаль, просто осадок.
Вчера, когда девушки раскладывали перед ней платья, Ника видела одно черное, и заметила, что в сундуке лежал к нему аксессуар — большой черный кружевной вдовий шарф. Открыла посмотреть, шарф был на месте. В него можно замотаться и спрятать руки под кружева.
Она умылась, привела себя в порядок и отперла входные двери.
Ждать пришлось совсем недолго. Вскорости появились девушки и принесли с собой суету. Началось утро. Вроде бы обычное, если не считать того, что Ника теперь смотрела на них с подозрением, а они косились на нее. Догадываются? Или, может быть, ей это казалось. Это был какой-то психоз.
Ника решила сменить тему.
— Ночью я слышала шум за дверью, — начала она.
— А, миледи, это одному из ваших сопровождающих стало плохо, Тимхалд, помните его? — начала Такар.
— Такой рыжий, голубые глаза?
Да, она помнила рыжего охранника с голубыми глазами.
— Плохо? Что с ним? Он ел вчера что-то с общего стола?
— Нет, миледи Беренис, для стражи готовят отдельно.
— Тогда что же с ним случилось?
Девушки замялись на секунду.
— Мы не знаем, миледи.
— Так узнайте, — а это уже в комнате появилась Тирсия. — Придете после завтрака и доложите все, что удалось узнать.
Девушки ушли, а Ника нахмурилась. Этого еще не хватало, травить их, что ли начали?
— Успокойся.
— Я не хочу, что верным мне людям нанесли какой-то вред. Их и так немного осталось.
— Не делай преждевременные выводы. Может быть, он просто переутомился. Двое суток при тебе.
Чеееееерт. Она совсем расстроилась.
— Ты — королева, — жестко проговорила Тирсия. — Они будут умирать за тебя, и с этим придется смириться.
— Я не хочу вот так!
— Как?!
— Быть пассивной куклой.
— А ты и не пассивная. Знаешь, как много значит для людей Дэймара, что ты держишься и всех этих лордов держишь на дистанции? Они же готовы на тебя молиться.
Так неожиданно это прозвучало, что Ника от растерянности рот открыла. А старуха неприязненно поежилась и проговорила:
— Наши дамы уже почти всех из них в своих постелях пригрели.
Ника смотрела на нее, смотрела, потом выдала:
— А нельзя всех наших дам к чертовой матери выслать?
— Можно, но сначала дождемся Дэймара, — проговорила Тирсия, вытащила то-то из кармана и подмигнула.
