В этом случае она заподозрила бы нас с Кириллом… в том, в чём и так заподозрила. Вот только моё нападение на Венчика смотрелось бы в таком случае немотивированной агрессией. Его бы даже мой младший брат не одобрил. И он тоже обвинил бы меня во всех смертных грехах.
Я усмехнулся.
— А если бы ты не тронул Сельчика? — тихо спросила Лена."
"— После этого я не уважал бы сам себя, — ответил я. — Это во-первых. Однако в этом случае было бы и во-вторых: Веня наверняка бы повторил свой фокус со снотворным. Кто бы в следующий раз остался у него дома? Может быть, ты? Или Наташа Торопова? Или Лариса Широва? Но теперь он знает, что я в курсе его задумок.
И не свяжется… хотя бы с моими знакомыми.
— А с другими девочками?
Котова чуть склонила на бок голову — её волосы блеснули в свете заглянувшего через окно солнца.
— Другим девочкам он уже не будет столь же симпатичен, как раньше. Когда ему соберут новое лицо.
Я взмахнул десертной ложкой.
— Будем реалистами, Лена: единственный надёжный вариант обезопасить от посягательств Вениамина Сельчика всех женщин — это упаковать Венчика глубоко под землю: в могилу.
Я выдержал двухсекундную паузу и добавил:
— Но такой резкий шаг наверняка нарушит мои планы. Поэтому я оставлю его на будущее. Ну… или поделюсь им с любым другим мстителем, который заимеет зуб на Венчика.
Вслед за остатками пирожка я затолкал в рот пол-ложки мороженого.
Котова вздохнула, покачала головой.
— А если тебя найдут? — спросила она. — А если узнают, что это ты избил этой ночью Сельчика.
Если Венчик всё же проболтается. Или Рауде. Серёжа, тогда… тебя посадят в тюрьму?
— Всё будет хорошо, Лена, — пообещал я. — Не переживай. К случаю с избиением Сельчиком я подготовился. Поэтому меня не посадят. Сейчас у меня всё под полным контролем. Точнее, почти всё.
— А что ты сделаешь с фотографиями?
Лена снова воткнула ложку в шарик мороженого.
— Есть у меня на них кое-какие планы. Но точно решу, когда увижу эти фото.
— Ты думаешь, на них Инга? — спросила Котова.
Она пристально посмотрела мне в глаза.
Я кивнул и ответил:
— Почти не сомневаюсь в этом.
— Ты Рауде эти фотографии покажешь?
— Зачем? — сказал я. — Услышать рассказы Кирилла — это одно. А увидеть своими глазами подтверждение тем рассказам — совсем другой уровень стресса. Боюсь, что психика Инги такого не вынесет.
Котова хмыкнула.
— Если тебя из-за Рауде арестуют, я расклею эти фотки по всему институту, — пообещала Лена. — Даже если меня за это исключат… отовсюду.
