— Не хотела тебе говорить… Но Лерка твоя с Богданом мутит. Или у вас это в порядке вещей?
Внутри будто съеживается что-то. За грудиной давит от безысходности. Моя Лера и Богдан? Вполне возможно. Они же почти целый день вместе.
— Свободна, — повторяю резко. Держу лицо, стараясь не показать собственной слабости. — Еще одна такая выходка, уволю на фиг, — бросаю в спину.
И как только дверь захлопывается, устало откидываюсь на спинку кресла.
Закрыв глаза, пытаюсь унять заполонившую душу боль.
Какого хрена?
Наверняка вранье.
Но проверить стоит.
— Дан, — звоню другу. — Заезжай за мной. Я отпустил водителя. А пешком идти не охота.
— Сейчас буду, — жуя откликается Столетов. На заднем фоне слышны голоса. Надин и кажется Лерин.
— Что ты делаешь? — интересуюсь, стараясь унять гадскую суку-ревность.
— Ужинаем. Лера борщ сварила. Ты как раз успеешь…
Вроде бы ничего не значащая фраза. А мне крышу срывает в один момент.
«Столетов окопался в моем доме как хозяин. А я словно гость, забегаю вечерами. Да еще прошу подвезти», — небольшое сомнение моментально заставляет мозги искать улики.
Умом понимаю, что скорее всего Нина наврала. Ей хватит злобы и ненависти. Но почему-то я с мазохистским удовольствием продолжаю раскручивать эту версию. Может всему виной моя собственная привычка проверять каждый факт. Или…
«А Лера тоже изменилась за последние две недели!» — морщусь, вспоминая холодность жены. Уже никто не прыгает мне на шею при встречи. Не тараторит радостно, рассказывая как прошел день. В голосе жены теперь сквозит холодное равнодушие… Даже спим в разных постелях!"
"Беспощадная тоска берет в плен мою душу.
Отметает прочь все разумные доводы. Грудь распирает от гнева. А где-то в районе солнечного сплетения скапливает пустота.
Душа болит, как от потери близкого… А от подлой измены больно вдвойне.
Как же я все профукал… Баклан.
Пальцы сжимаются в кулаки. Встав из-за стола, подхожу к окну. Прислоняюсь лбом к холодному стеклу и гляжу размытым взглядом на городскую площадь. Вдали виднеется подсвеченный со всех сторон золотой купол местного храма.
Безотчетно нахожу устремленный в небо крест.
И сам до конца не верю в происходящее.
Сунув руки в карманы, раскачиваюсь с пятки на носок. Все пытаюсь представить Леру в объятиях Столетова. Не получается. Один хрен, не могу вообразить чтобы…
«Чтобы что? — стискиваю зубы. — Какого ты повелся на глупые бабьи сплетни?»
На смену тупой ярости приходит здоровая злость.
Ага! Сейчас. Разбежался. Испугали, блин.
