— Старый студенческий трюк, — пожал плечами Думский. — Я так на сотню другую лекций проходил. В разных институтах. И даже в разных городах!
Стронтон недоверчиво фыркнула.
— Магия, — поморщилась она.
— Никакого обмана! — возмутился Дум. — Главное идти с видом человека, который уверен в том, что ему можно здесь пройти.
— Говоришь как вор.
Дум не стал уточнять, что в своей нелегкой учебной жизни ему приходилось и воровать. Когда денег не хватало на учебники, а к компьютеру не подпускали за очередной вымышленный проступок, Алекс ворочал методички, конспекты и даже научные труды.
Последние преимущественно из библиотек, а вот первые два — из сумок студентов.
К чести Думского — он их возвращал. Почти всегда!
— Вряд ли ты так же сможешь попасть в класс, — заметила Стронтон, натянуто улыбаясь приветствующим её людям.
А девушка-то, оказывается, обладала популярностью. Народ не отпугивало даже наличие родителя в силовых органах. А тинейджеры в таких местах, насколько знал Алекс, больше всего боялись именно департамент шерифа.
Ведь именно эти товарищи в коричневых рубашках и синих штанах могли на раз испортить личное дело. Курил марихуану, занимался сексом в общественном месте, распивал алкоголь и все такое прочее.
— Нам и не нужно попадать в класс, — ответил Алекс. — Опиши своих подруг.
Стронтон ненадолго заудмалась. Подобное свойственно большинству людей, но Думского это раздражало. Все равно как если сам ты пользуешься последним поколением процессоров Intel, а собеседник пытается раскачать старенький Пентиум.
— Мали — высокая шатенка. Очень симпатичная и всегда улыбается. Еще она блюз поет в местном баре. А Кара, — тут Лиза сделала заминку и окинула собеседника оценивающим взглядом. — ты её сразу заметишь… Все парни её сразу замечают.
Алекс не стал говорить, что такое описание поискам мало помогало. В конце концов они идут вместе, и если на горизонте появиться кто-то из упомянутых леди, Стронтон сразу на неё укажет. Ну, во всяком случае Думский на это очень рассчитывал."
"Народ в коридорах потихоньку рассасывался.
Кто-то уходил на верхний этаж, остальные разбредались по аудитории. При этом чувствовалась некая отчужденность. Обычно в школе класс, даже если не очень дружит между собой, всегда кучкуется у дверей кабинета. Здесь же классов, как таковых, не заводилось.
У каждого имелось его собственное расписание, так что в быту было разделение не по ""классам"", а по ""предметам"". Немного странно для иностранца, но типично для местных.
