Сегодня у него была масса дел — получить студенческую визу, купить билет и, судя по расписанию в интернете, хорошенько выспаться в аэропорту, дожидаясь рейса в свою новую жизнь. Где, как надеялся парень, ему не придется работать в лице «горничного». Во всяком случае бесплатно…
Соединенные Штаты Америки, 2009 год. Где-то в лесах штата «Нью — Йорк»
Старик смотрел на то, как безмятежно плыли по небу облака, а где-то на уровне горизонта из вод озера выныривал красный огненный диск. Интересно, сколько уже раз он вот так грелся в лучах восходящего солнца? Сколько веков ноги носили его по просторам голубого шарика и сколько крови осталось на его морщинистых руках?
— «Закономерный итог» — подумал старик, глядя на то как алые лучики играются в пока еще серебренном лезвии клинка.
— Где книга, отродье Змея? — прозвучал густой, низкий бас.
— Могу ли я поинтересоваться, молодой человек, искали ли Вы в своей заднице?
По надутым желвакам накачанного великана, старик понял, что там тот точно не искал.
— Сэр, — из полукруга богато одетых франтов вышел самый молодой.
— время на исходе.
— Во — во, — кивнул старик и потряс странными цепями. Те словно выковали не из стали, а из тумана. — Скоро рассвет, господа Искариоты. Ваше заклинание долго не протянет.
— Мы можем загнать тебя в пыточные, — процедил качок, держащий меч.
Его бычью шею стягивал накрахмаленный воротник сорочки и синий галстук. И когда только Искариоты успели прикипеть к франтовской одежде? Ходят, словно только что приехали с Уолл — Стрит.
— Мальчик, — просипел старик, качая седой головой. — ты бывал в Аду? Нет? А я да. Ваши пытки для меня как переменка в детской школе.
— Если ты там был, — процедил мечник ордена. — то значит обстановка будет для тебя не нова.
— Скажу больше — буду рад встретиться со старыми друзьями и…
Старик хотел сказать, что однажды он встретит там и этого любителя толкнуть железо, но не успел. Сверкнуло лезвие, опустившись на тонкую шею. Даже странно, как такая хрупкая, она смогла выдержать груз самой черной книги из когда-либо написанных.
Секундная вспышка боли, а затем умиротворение в полумраке бесконечной ночи. Совсем скоро его обуяют всполохи голодного пламени, «глаза» заслезятся от серы, а «уши» заполнит привычная возня бездны, но сейчас смерть даровала ему покой.
— «Все же я это заслужил» — мысленно хмыкнул старик, наслаждаясь дарованной ему свободной. Пусть и не долгой. — «Желаю тебе, мой преемник… сдохнуть до того, как ты им станешь.
