— Убил! Всех! Этих! Людей! И! Угнал! Мой! Байк!"
"Подбежав к ближайшей машине, Алекс с досадой пнул по крылу. Авто такой наглости не пережило и возмутилось звонким ударом бампера об асфальт, за что получило второй пинок. Локсли, удирая, успел проткнуть шины. Причем проткнул их стеклом. Левая передняя и задние шины висели индейской бахромой. Причем все соседние были в точно таком же состоянии.
— Надо уходить.
Блонди явно боялась, что приехавшие копы застукают её вместе с ""подозреваемым"" проходящим сразу по нескольку дел.
Дум её не винил, вот только отпустить мерзавца на байке он не мог. Он мог сколько угодно оправдываться похищенным байком, но в данный момент Алекс жаждал мести. Хотя вернее будет сказать — возмездия.
— Ну и как ты собираешься его догнать?! — Лиза продолжала тянуть приятеля в сторону холмов. — Угонишь машину?!
Нет, угон в данном случае бесполезен. Локсли рванул прямо в город, а на тамошних улочках семейные хэтчбеки не соперники мотоциклу.
Внезапно Дум осенило…
— У меня есть идея получше, — и, немного подумав, парень добавил.
— хоть и безумная.
Алекс, не обращая внимания на протесты подруги, рванул в кафе.
Наконец Дум нашел что искал. Среди горы пыли, битого стекла, кухонной утвари и плитки обнаружилась перевернутая инвалидная коляска, печально скрипящая правым колесом. Схватив её и заодно напялив на голову чью-то кепку, Дум вытащил устройство на улицу..
Всего одного пинка хватило, чтобы выправить ось. О сохранности тормозной шестерни юноша не беспокоился — тормозить ему не придется.
Усевшись в непривычное, продавленное сидение, Дум развернул кепку козырьком назад.
— Ты совсем спятил? — медленно протянула Лиза.
— Скорее всего, — Алекс мазнул пальцем по порезу и вывел на штанине несложный рисунок, увенчанный перевернутой подковой. — In nomine autem Solomon, et aperuerit ianuam inferni Messenger.
Асфальт взбугрился, сквозь трещины повалил пар. Земля задрожала, а в ушах эхом заиграло конское ржание. Словно гейзером в воздух выстрелил поток лавы, за мгновение сформировавшийся в исполинского коня.
Его сплетенная из пепла грива искрилась на фоне темного неба, копыта из расплавленной стали отбивали стройный марш, мускулистое тело — воплощенное пламя, было окутано желтоватым паром.
Нос зачесался от запаха серы. Легкие защемило и горло сковал приступ кашля. Из глубоких глазниц на людей смотрели две черные звезды, словно поглощавшие свет реальности.
— И что ты с ним будешь делать? — спросила Стронтон, отступая на шаг назад.
