— Здесь нет, но есть у Искариотов… Как мне их найти!
— Мы не знаем!
Хорошо, что крик принадлежал Лизе. Ведь если бы сказал Дум, Локсли мог учуять ложь.
— Ты, может и нет, а вот он, — Локсли ткнул в сторону Алекса охотничьим ножом, непонятно откуда оказавшимся у него в руках. — Он может и знать.
Что-то здесь было не так… Дум чувствовал это так же отчетливо, как странное стремление Лизы поскорее спустить курок. Маг стоял слишком вальяжно, слишком свободно. Крутил в руках нож, даже не думая доставать смартфон.
У него больше не было браслета, способного защитить от пуль, да и вообще никаких аксессуаров, кроме шляпы.
Ребенок вдруг замолк и пропали волшебные звездочки.
Что-то не так…
— Предупреждаю, — процедила Стронтон.
— И что же ты сделаешь, милая?
— Нет! — выкрикнул Алекс, но был поздно.
Все с тем же каменным выражением лица Лиза вдавила курок. Щелкнул боек и первая же пуля, оглушая пороховым хлопком, нашла свою цель. Вот только не было ни крови, ни вскрика, ничего, кроме тонкой мелодии разбитого стекла.
Локсли, улыбнувшись на прощание, разлетелся на сотни мелких хрустальных осколков, со звоном упавших на пол.
На мгновение в кафе повисла тишина. Лиза со смятением смотрела на сверкающие, бритвенно острые осколки. Дум же понимал к чему все идет. Он повернулся в сторону детской коляски, обнаружив за ней слишком длинную тень.
— Иллюзии, — тень вспучивалась подобно пузырькам закипающей воды. Словно черный гнойник, выпустивший из своих тесных объятий знакомую фигуру Локсли.
— Магия, предназначенная для надувательства глупцов. То есть — вас.
Ковбой держал нож прямо у горла застывшей матери с ребеноком. Она была жива и молча плакала, прижимая к груди спящее чадо… Сталь касалась нежной кожи.
— Возможно теперь вы станете словоохотливей.
— Я застрелю тебя быстрее, чем ты убьешь её.
— Девочка, — маньяк покачал головой. — Знаешь, почему в фильмах никогда не стреляют в таких ситуациях? Потому что жертва тоже умирает.
— Нет, если я попаду тебе между глаз, — на лице Лизы промелькнуло нечто хищное.
Локсли и Стронтон сверлили друг друга глазами.
Дум только и мог что смотреть в глаза женщины. Он был виноват в том, что она уже потярела мужа и может потерять ребенка. Он был виноват в убийстве семьи Метфилдов. Он был виноват в том, что погибли даже те чертовы Искариоты, убитые Хитманом. Он был виноват во всем этом…
Время замедлилось для Дум.
