Который тут же сменился жирным минусом. Примерно в километре от себя я увидел десяток немцев, бодро марширующих в обход горки. Правильно, с этой стороны она крутовата для подъема, вот и решили обойти. Но вот каким рожном они оказались тут так быстро? Или главнопреследующий немец оказался умнее, чем я думал, или от Рябиновки есть сюда дорога. А у немцев есть транспорт. Ладно, это мы еще посмотрим.
Немцы обходят горку справа. Значит, еще не менее часа у меня есть. Пока они на нее поднимутся, пока найдут мои следы… А сидеть они будут точно здесь, самое удобное место, лучше не найти.
Ну, что ж, поедем влево.
Уже отмахав по немецким следам не менее полутора километров, я снова посмотрел на горку. Видимость уже была не очень, да и расстояние было приличным, но никого я на ней не увидел. По следам тоже никто не шел. Неужто не заметили? Ладно, бежим вперед.
Еще пара километров, и впереди нарисовалось что-то постороннее. Черное на белом фоне. И что ж это такое у нас тут? Где бинокль?
Грузовик. Похоже – «Опель», хотя я не спец, могу и ошибиться.
Где водитель? Вон он, костерок жжет. Замерз (ботиночки у нас на тонкой подошве, злорадно подумал я), а ждать еще долго. Значит – нет у отряда рации, иначе бы он тут не сидел. Была бы нужда – вызвали бы. Интересно, он тут один? Влево-вправо… Вон еще один, ветки несет. Двое их тут? Двое. Что делать будем? Машина нам нужна? Да, в общем, не особо. Куда ехать-то? С моим-то внешним видом? Только кумачового плаката «Партизан» не хватает.
Сядем и подумаем.
Заодно – передохнем. Сейчас уже немцы мои следы срисовать должны, ну не совсем же они круглые лопухи? Значит, снимутся они и сюда попрут. Часа два ходу. Придут, допустим, что меня не срисуют по пути. Уже темнеть скоро будет, видимость не очень, может и прокатить. Что дальше? Сядут тут? Зачем? Уйдут в деревню? Логично. После чего развернут линию оцепления километрах в десяти отсюда. Но здесь уже у меня козырей не будет, про лыжи они знают. Вывод? Неча им в деревне делать.
Резюме – берем грузовик. Или ломаем, пусть пешком топают, аккурат к ночи и дойдут, только меня тут уже не будет. Работаем.
До выбранной позиции я полз минут двадцать. Представляла она собой небольшой бугорок метрах в восьмидесяти от костерка. Оба немца нахохлившись сидели у него, периодически подбрасывая в него ветки. Ближе не подойти, место открытое. Есть, правда, в этом и свои прелести – уйти им тоже будет некуда.
Бах! Первый немец ткнулся головой в костер.
