А они с нуля все начинали, у них вообще ничего не было! Совсем! И они действительно сами себя создали! Так что они ничуть не хуже тебя, а в чем-то и лучше!
– Все! Проехали! – взорвался Лев Иванович. – Я плохой, они хорошие! И давай на этом успокоимся! Надоел тебе такой друг, как я, так я и не навязываюсь! Но работаем мы пока вместе, чтобы Петра не подвести. И поэтому тебе прямо сейчас задание. Вот! – Он вырвал из блокнота те листки, где записывал информацию о прошлом Ларисы Петровны, и отдал их Крячко.
– Здесь указаны данные людей, с которыми жена Савельева, до замужества понятно, встречалась. Тебе нужно будет их всех обзвонить и выяснить, что они о ней помнят, что думают, и какой она им показалась. В общем, выяснить о ней все, что они знают, а потом мне рассказать. И из-за разницы во времени звонить тебе придется ночью – уж извини. Можешь получить подтверждение этого задания у Погодина, если стал мне не доверять.
– Да в курсе я уже, что это за особа, – ответил Стаc, убирая листки.
– Все сделаю. Только я с работы звонить буду, а то разорюсь на межгороде со своей-то зарплатой.
Дальше они шли молча, и каждый переживал в душе одновременно и обиду на другого, и злость на себя за то, что наговорил лишнего, – все-таки так серьезно они не ругались еще никогда. Но и сделать первый шаг к примирению никто из них не спешил.
В доме было не протолкнуться от людей, потому что прилетели не только друзья-компаньоны Савельева, но и их охрана. Все это были, как на подбор, мужики крупные, основательные, серьезные и, видать, жизнью крепко битые, взгляды у них, во всяком случае, были совсем непростые, цепкие, внимательные.
Оставалось только удивляться, как Савельев смог не просто сколотить такую команду, но и возглавить ее.
– Здравствуйте, я Гуров, – назвался Лев Иванович.
В ответ мужики представились, причем никто из них с рукопожатиями к нему не лез, а просто назвали имена: Виктор, Александр, Алексей, Андрей, Валерий, Юрий и Дмитрий.
Услышав последнее имя, Гуров очень удивился и посмотрел на Погодина.
– Да вот не утерпел Димка, прилетел все-таки, – объяснил тот.
– А ты думал, что я буду дома отсиживаться, когда Колька раненый в больнице лежит? – возмутился Дмитрий и негромко покашлял. Вид у него действительно был не слишком здоровый. – Не бойтесь, я незаразный, – сказал он Льву Ивановичу. – Просто надышался тогда во время пожара какой-то гадостью, вот с тех пор и мучаюсь.
