Они обязательно выпивать начнут, а мне, сам знаешь, нельзя. Я лучше в ноутбуке поковыряюсь, а потом с ними побеседую, если вопросы появятся.
– Нелюдимо наше море, – фальшиво пропел Крячко."
"– Стаc! – Гуров даже остановился. – Ты пойми: Погодин мне не нравится, и ничего я с собой поделать не могу! Да и не хочу! А остальные наверняка ничем не лучше, чем он! Вот и все!
– Знаешь, Лева, – Крячко тоже остановился и обернулся к нему, – на тебя не угодишь! Они простые русские му-жи-ки! Да, в отличие от тебя они в театры не ходят, книг не читают, нож и вилку правильно держать не умеют, но они нормальные, честные работяги! И что бы ни было у них в прошлом, то давно быльем поросло! И деньги свои они не украли, никого не обманули, на большой дороге не стояли! Они в любое время года и при любой погоде вкалывали – лес валили! А вот как твой разлюбезный Болотин первоначальный капитал сколачивал, большой вопрос! Так что фильтруй базар, как теперь говорят интеллигентные люди! И сейчас, когда одного из них тронули, они все на его защиту горой встали! А вот с попустительства твоего разлюбезного Болотина ни в чем не повинного мальчишку в «черную» зону закатали! И если бы не ты, то он там все три года как миленький отсидел бы! Не хочешь с ними за одним столом сидеть? Так ты со своей замороженной вежливостью и высокомерием им тоже не больно-то симпатичен! И вообще, тебе не кажется, что ты зазвездился? Что ты всех остальных людей начал за недалекое быдло держать? Короля, конечно, играет свита, но ведь, знаешь, мне и надоесть может распевать тебе дифирамбы да исправлять твои косяки! Вот плюнем мы с Петром, он уйдет на пенсию, я в отставку, а ты сиди себе перед зеркалом, изображай короля и наслаждайся собственным отражением.
Как ни разозлился Гуров, услышав такое от своего лучшего друга, но в глубине души он понимал, что Стаc во многом прав. Он попытался свести все к шутке и скрепя сердце сказал:
– Ладно, извини.
Это у меня весенний авитаминоз.
Но шутка не удалась.
– Он у тебя круглый год, – раздраженно заметил Крячко, но несколько успокоился.
– Да сяду я с ними за один стол. Сяду! – необдуманно ляпнул Гуров.
– А вот одолжений и снисхождений им от тебя не надо! – опять окрысился Стаc. – Вот ты всегда говорил, что, несмотря на папу-генерала, сам себя создал, только забывал добавить при этом, что квартиру с машиной тебе именно он на блюдечке преподнес.
