В ожидании ответа Стаса Лев Иванович напрягся, потому что одно только слово Крячко, и все будет потеряно.
– Понимаешь, у Левы и Маши скоро юбилей свадьбы, вот он и решил со мной посоветоваться, как бы получше его отметить, – ответил Стаc. – Только я в таких делах ничего не понимаю, вот он и попросил поговорить с тобой. Как ты думаешь, что лучше: кафе или ресторан?
Услышав это, Гуров чуть ли не заорал от радости, поняв, что шанс на то, что Крячко останется с ним работать, есть. Но одновременно Лев Иванович испытал и жгучий стыд оттого, что сам-то он о юбилее начисто забыт.
Да что там юбилей? Он и дату свадьбы вспомнить бы не смог, не говоря уж о том, в каком году она была. Да и какая это была свадьба? Расписались, и все! Да и сделал это Гуров тогда исключительно потому, что заказали его такому киллеру, что шансов остаться в живых не было практически никаких, вот Гуров и решил тогда, что все должно Маше остаться, потому и поженились.
– А ведь и вправду юбилей! – радостно воскликнула мадам Крячко и, будучи не только большим специалистом, но и любительницей устраивать всяческие застолья, тут же перешла на деловой тон: – А насчет ресторана – это вы совсем обалдели! Или миллионерами заделались? Да там же половину своруют! А то, что останется, вы с собой забрать постесняетесь.
Нет уж! Если праздновать, то только у нас на даче! Там и воздух свежий, и в речке искупаться можно, и рыбку половить. Вот уж действительно праздник будет! И поместимся мы там все! – но, подумав, ради справедливости добавила: – Ну, пусть не все, так мужиков и в машинах положить можно! А насчет стола и вовсе волноваться нечего – у меня и консервация, и соленья остались! А на горячее можно шашлыки приготовить или пельменей налепить! Выдумали тоже – ресторан!
– Вот ты пойди и прикинь, что да как, а мы пока с Левой тут поговорим, – предложил Стаc супруге.
– А по какому поводу вы пьянствовать решили? – с подозрением спросила хозяйка квартиры, только сейчас увидев и бутылки, и нарезку.
– Да дело мы с Левой одно очень серьезное закончили, вот и решили отпраздновать, – объяснил Стаc.
– Ну, вы уж не особо увлекайтесь, – строго предупредила друзей хозяйка дома и ушла.
Крячко поплотнее прикрыл за супругой дверь и, доставая из шкафа рюмки с тарелками, спросил:
– Что, Лева? Уговаривать пришел? – и начал разливать водку.
– Да нет, просто извиниться. Сволочь я, Стаc! Скотина грубая, бесчувственная, и названия другого для меня нет.