Мы уж давно в передачу «Жди меня» написали, так ведь народу-то туда сколько пишет! Когда еще до нас очередь дойдет?
В комнату ввалился, именно ввалился, пожилой, но еще очень крепкий мужчина и с ходу уставился на Гурова."
"– Это ты от Кольки приехал?
– Ну, не совсем так, но от него, – ответил Лев Иванович.
– Что-то путано отвечаешь, – с подозрением уставился на него Степан Алексеевич.
– По делам я здесь, вот он и попросил меня к вам зайти и попытаться выяснить, кто вы и имеете ли к нему какое-нибудь отношение, – ответил Гуров.
– А то ведь, сами понимаете, примчится он к вам, а вдруг просто однофамильцы?
– Да, понимаю я, – немного поостыл Степан Алексеевич. – Что за фотка-то?
– Вот, отец, смотри, – Наталья Николаевна протянула мужу снимок.
Он нацепил очки и стал рассматривать, а потом уверенно ткнул пальцем в Николая Степановича:
– Да вот же он. Только чего это снимок такой старый? – опять с нескрываемым подозрением спросил Степан Алексеевич.
– Он просто единственный, – объяснил Лев Иванович. – Дело в том, что вашему сыну, а теперь понятно, что это именно ваш сын, потому что вы с Натальей Николаевной оба его узнали, на пожаре очень сильно лицо обожгло, вот он и стесняется сниматься.
– Ну, мужик – не баба! Ему внешность ни к чему, – с облегчением сказал Савельев-старший. – Была бы голова на плечах, характер мужской имелся, да руки росли откуда надо! А у Кольки с этим всегда все было в порядке.
Он ведь школу хорошо окончил, – похвалился хозяин дома. – Ему бы учиться дальше, да где? В Чарджоу – негде, а отпускать его далеко мать побоялась, – он неодобрительно посмотрел на жену и тонким, женским голосом, явно передразнивая ее, пропищал: – Пропадет, дескать, сыночек! – и уже другим тоном продолжил: – Вот из-за нее-то и попал он в армию! Аж в Мурманск! Можно подумать, что это ближе оказалось! Уж лучше б учиться отпустила!
– Да ладно тебе, прошлое вспоминать! – виновато произнесла Наталья Николаевна и, переводя разговор на другое, спросила: – Так где сейчас Коленька?
– Живет он в Москве, только приболел сейчас немного, в больнице лежит, – ответил Гуров.
– Серьезно? – всполошилась женщина.
– Да нет, так… – Лев Иванович неопределенно помотал рукой в воздухе.
– Ну, и слава богу! – с облегчением выдохнула Наталья Николаевна.
