Ведьма! Давно надо было прибить ее! К черту компанию Выхина и Тараканова, к черту сегодняшнюю выпивку и раскрашенных, как пасхальные яйца, податливых девок. Всем нужна картотека, а больше всех ему самому. Вот тогда он продиктует условия — кто может запретить спрятать пленку? И только находясь в безопасном месте, Дымша скажет, где она, а как доставать ее — ваше дело, господа!
* * *— Пан Алоиз не придет, поверьте, — разливая в тонкие стеклянные рюмки водку, «для благообразия» подкрашенную клюквенным соком, утвердительно сказал Выхин.
— Зачем ему наше общество? Мы ему нужны там, — он махнул рукой куда-то за спину, имея в виду замок Пилецкого, — где приходится вместе делать грязное дело. А тут… Тут в отличие от нас он дома.
— Не помню случая, чтобы Дымша отказался от даровой выпивки, — засмеялся Владимир Иванович. — Никак на него не похоже. Ну, да и бог с ним. Давайте выпьем. Хочется, знаете ли, расслабиться.
— Жутко было? — поддев вилкой кусок рыбы, полюбопытствовал Выхин.
— Не то слово… Но, как правильно отметил господин Ругге, — война! Давно ли по радио передавали по всей Польше сигнал точного времени, «хейнал», исполняемый трубачом с башни Марьецкого костела в Кракове? А теперь в Варшаве, на аллее Щуха, в здании бывшего министерства вероисповедания и общественного просвещения, разместились СД и окружная тайная полиция, скоро вермахт войдет в Париж… Кажется, Готфрид Лейбниц писал, что вечный мир возможен только на кладбище? А Гегель сказал: «Война вечна и нравственна, она — торжество того, кто лучше»! Какие умы, не нам чета! Вершится таинство истории целых народов, а я буду обижаться на справедливые проверки начальства.
— Все-таки справедливые? — подливая Тараканову водки, уточнил Выхин.
— Время недоверия, — Владимир Иванович лихо опрокинул в рот рюмку и снова налил себе. — Пейте, Выхин, вино развязывает языки.
— И затягивает петли на шее, — добавил Вадим. — После обработки высокой комиссией из Берлина вы неплохо выглядите.
— А почему я должен плохо выглядеть? — ухмыльнулся Тараканов.
— Давайте-ка начистоту, Выхин, а то вы все крутите, вертите, ходите вокруг да около. Чего вы хотите? Здесь мы одни, разговор с глазу на глаз, никто не подслушивает, выкладывайте, что у вас там ко мне?
— Хотите потом отпереться от всего?
— Вы тоже это можете сделать! — парировал Владимир Иванович.
— Хорошо, откажемся от взаимной настороженности, — аккуратно подбирая нейтральные слова, начал Вадим, — попробуем немного довериться друг другу.
