– У тебя же все мысли как блохи скачут с одной темы на другую! То ты есть хочешь, то читать, то преступников ловить, то о дворцовых интригах рассуждать, то о военной тактике и стратегии печешься, то тебе просто в кусты приспичило, но и в них ты не можешь отлучиться спокойно! То стихи читаешь, то уголовный кодекс цитируешь, то по деревьям лазаешь, то на самцов голых заглядываешься, то разгильдяев к порядку призываешь и бандитов ловишь – хоть на миг расслабилась бы».
«Стоило мне расслабиться – и сразу ты тут командовать начинала», – напомнила Лара.
«Я тоже жить хочу. Если телом вообще не управлять – оно сдохнет! И потом, я не могу контролировать тело, если ты сама не откажешься управлять им».
«А сейчас что?!»
«Ты сама пожелала уйти от действительности и связанной с ней боли, – напомнила вторая половина, – вот и лежи тихо, ничего не чувствуй. Сейчас твои мысли замедлились почти до моего уровня, и ты можешь говорить со мной. Тебе и этого хватит, хоть посмотришь, как умные сущности живут, а то мечешься, мечешься чего-то.
А я пока поживу полноценной жизнью – кошки боли не боятся», – хвастливо завершила речь природная сущность кошачьего тела.
Нет, таким образом избавляться от боли Лара не желала. Лучше жить и чувствовать все: плохое и хорошее, чем без проблем отсиживаться на краю чужого существования. Но слова кошачьей сущности о том, что ей тоже полноценно жить хочется, пробудили в Ларе чувство вины. В ней заговорила совесть: ведь в этом теле она и в самом деле узурпатор. Пусть ее вселили сюда против воли, но в конечном итоге – именно она тут нежеланный гость.
«Когда я управляю телом, тебе совсем плохо приходится?» – робко уточнила Лара, не желая принимать поспешные решения.
«Почему плохо? – удивилась кошачья сущность. – Наоборот, даже прикольно, как ты выражаешься. Забавно наблюдать за мельтешением шального зайца. Не скучно. И кормежку тебе удалось наладить на весьма высоком уровне, и постелька помягче дупла будет. Кошки – философы по своей природе, мы не рвемся покорять миры и доказывать им свою гениальность.
Мы просто скромные титаны мысли, оплоты бытия, соль земли. Мы не мельтешим, не суетимся по пустякам, мы умеем вкушать простые радости жизни. Лишь необходимость добывать хлеб насущный может отвлечь нас ненадолго от великих размышлений, которые не способен понять ограниченный человеческий разум. Ты хочешь опять вернуться к ощущаемому бытию?»
«Да, соль земли, хочу, – совсем обалдела от кошачьей самооценки Лара.
