Ты уже начальник цеха.
– Надолго? Что, Ломидзе так и останется в камере?! – взорвался Великопольский.
– Вряд ли… Кстати, будь осторожен. У нас тоже на тебя большие планы…
Через пару дней Фадей подготовил великолепную бумагу, проявив чудеса казуистики. Из нее следовало, что арест видных представителей промышленности является кознями вражеских агентов, в том числе двурушника Граца. Вина обвиняемых не просто видится абсурдной, но и само по себе ее вменение является вредительским актом. Поэтому арестованных надлежит освободить и вернуть по возможности на старые места работы.
Так вышли на волю и Ломидзе, и главный инженер Кошкин, и директор Алымов, и другие люди. Что незамедлительно сказалось на работе флагмана индустрии.
Шалву заключение не сломило, энтузиазма и горячности у него не убавилось. При встрече он привычно возмущался:
– Вот на месяц стоило отъехать, и уже бардак! Ну что за люди? Если не умеешь – скажи, тебя научат. Хорошо еще, что Вепрева потом на цех назначили. Он его спас от краха.
– Откуда бы ты учил? Из камеры?
– Да. Оттуда трудно… – Вдруг Ломидзе внимательно посмотрел на меня. – А ведь это ты нас всех вытащил.
– Это плод коллективной работы.
– Ты, Ермолай. Ты! Знаешь, когда было совсем плохо, меня заставляли признаваться в диких вещах, колотили для вразумления, я надеялся только на тебя. И оказалось, что не зря.
– Не зря, – согласился я. – И еще нам крупно повезло…
Глава 19
Великопольского потихоньку начали привлекать к отдельным делам подполья. С потрясающей пронырливостью он выудил имена еще двух агентов «Картеля» – обычных совслужащих, не выделявшихся ничем, серых и незаметных.
А потом, в очередную нашу посиделку на конспиративной квартире, выдал вообще нечто особенное:
– Знаешь, в Лазаревском районе владения крупных помещиков Поливановых были? Известные рабовладельцы.
– Не знаю, – я отхлебнул кофе, который специально принес на «кукушку». – Я что, всех эксплуататоров поименно должен знать?
– Их помещичья усадьба давно заброшена.
Еще в семнадцатом году крестьяне отличились – от благодарности за благотворительные дела и дурной нрав Поливановых разорили все имение к чертям. Так его никто и не восстановил.
– Ну и что?
– Там на территории пруды заросшие, фонтаны со скульптурами без рук. И подвалы, подземные коммуникации, – Великопольский отхлебнул кофе и оценил его: – Хороший. Не из магазина.
– Еще бы… Чего кота за хвост тянешь? Давай к сути.
– Там в подвалах склад оружия. Большой склад.
