"
"Когда он вылез наполовину, я шагнул из тени вперед и врезал ему ладонью по голове. Этот излюбленный мой удар минут на пять гарантированно выключает сознание. А когда клиент приходит в себя, последствий для здоровья нет. И, что главное, может отвечать на вопросы. А вопросов к нему накопилось много.
Тело едва не скользнуло обратно в проем, но я его подхватил под мышки. С Есиным мы вытащили его и уложили на пол.
Осмотрев тачку, я нашел в ней еще два тряпичных свертка. Точно по количеству закладок.
Значит, больше ждать некого.
Правда, может сообщник-контролер присматривать за происходящим. Ну и пусть. Сейчас нам его не вычислить. А таиться уже нечего…
Глава 18
Задержанного мы привели в чувство и, еле передвигающего ноги, отвели в кабинет начальника ремонтного цеха.
Он отошел от удара по голове, но был шокирован и никак не мог поверить в происходящее. Его тут же обыскали. Если верить пропуску из его кармана, то это разнорабочий моторного цеха Сидор Тулияк.
– Оп-па! – произнес я, выудив из второго кармана сложенную бумажку.
Схема подрыва! Начертана аккуратненько, но без твердости и блеска. Я хорошо разбираюсь в графике и почерках, даже сдавал одно время экзамен на эксперта – была такая прогрессивная идея, что сотрудник ОГПУ должен обладать познаниями в разных разделах криминалистики. И видел, что тут явно не рука Великопольского. На обороте бумаги шли отпечатанные на машинке столбцы каких-то цифр и расчетов. Даже номер страницы был – тринадцать.
Бумагу я бережно положил в конверт.
Пусть криминалисты посмотрят – может, отпечатки пальцев найдут.
Что еще в карманах у злодея? Квиток из часовой мастерской на имя Л. И. Павлюченко.
– О, Павлюченко, это же шофер. Приятель твой? – спросил Ложкин у задержанного.
– Ну-у, – протянул тот неопределенно.
Все пока складывается ровно. Именно Павлюченко мы подозревали во ввозе на завод динамита.
Задержанного, пищащего, что он ничего не знает, переправили в кабинет заводского оперуполномоченного и оставили там под охраной.
Не до него сейчас.
Ложкин развил бурную деятельность. Он эвакуировал всех рабочих из цехов, которым грозил подрыв. Перекрыл силами ВОХР и милиции из местного райотдела территорию завода. Послал патрули вдоль забора с указанием – всех хватать, никого не пущать. Если надо – то стрелять, лучше по ногам, но уж как выйдет. Главное, чтобы никто не ушел.
Прибыла следственно-оперативная группа из Управления – описывать смертоносные находки, составлять протокол.
