В книжном шкафу – обычная литература плюс несколько томов зачитанной до дыр «Детской энциклопедии». Ныне покойный увлекался рыбалкой на горных речках, играл в шахматы, в шашки, выписывал «Известия» и «Советский спорт». Из напитков предпочитал кефир. В серванте нашли шкатулку с лекарствами – болеутоляющие, жаропонижающие, от давления.
– Скучный гражданин, – резюмировал Косых, когда они вышли из подъезда, – думаешь, наш клиент?
– Есть такое предчувствие, – признался Кольцов. – Зачем убивать безвредного, безобидного человека, который, судя по всему, уже не работал? Не пил, компании не водил, за женщинами не бегал… хотя могу и ошибаться.
Удалось разговорить оперативников, которые еще не уехали.
– Хотите забрать у нас дело? – с надеждой спросил опрятно одетый и сравнительно молодой сотрудник, представившийся капитаном Ильинским.
– Даже не надейтесь, – сухо улыбнулся Кольцов. – Впрочем, если выяснится, что это наш клиент, то на вашей улице, капитан, настанет праздник… Что удалось выяснить?
– Да толком ничего, – поморщился оперуполномоченный.
– Мужику еще нет шестидесяти, но уже на пенсии. Соседи говорят, что по болезни вышел. Где работал, толком не знают, но где-то в закрытой организации. Не откровенничал. По данному адресу проживал лет десять, вел замкнутый образ жизни, ни друзей, ни любовниц. Про семью также ничего не известно. В основном сидел дома, иногда выезжал на природу. Вежливый, но мрачный. Мог поговорить с соседями о погоде, о международном положении. Крамольных вещей не высказывал.
Ходил в последнее время тяжеловато, жаловался на одышку.
– И конечно, сегодня ночью никто ничего не видел и не слышал?"
"– В самую точку, – кивнул Ильинский. – Не видели, не слышали – даже если видели и слышали. Просто связываться не хотят, о собственном покое пекутся. Сознательные случаются, но сегодня мы таких не видели. Может, и правда, все прошло незаметно – квартира угловая, первый этаж, стены толстые. И по подъезду после полуночи народ уже не шастает. Спокойно вошли, постучали, хозяин открыл…
– Как обнаружили тело?
– Почтовый ящик прохудился, газеты вываливаются.
Их лет сто уже не меняли. Соседка со второго этажа шла, подобрала газеты да лично решила занести. В звонок позвонила, никто не открыл, стала под дверь прессу прилаживать – та возьми и отворись. Покричала, позвала соседа – тот молчок. Ну, обеспокоилась, вошла… потом самой пришлось «скорую» вызывать. Весь подъезд от ее криков сбежался… Послушайте, а что происходит? – нахмурился Ильинский.
