Можно, нельзя — без разницы, всё равно подерёмся.
Наверное, эта мысль отразилась на его лице, потому что Никитос, поймав его взгляд, ухмыляться сразу перестал. И смотреть на него тоже. И вообще отвернулся, стал дёргать Дину.
— Дииин, смотаемся в воскресенье в город?
— Я с вами, если что! — сообщила Лиза.
— И я, — поддакнула вторая подружка, представившаяся Полиной.
— До воскресенья ещё дожить надо, — процедила Дина. И снова стрельнула взглядом в ту сторону, где сидели Катя и Эрик. — И большой вопрос — отпустит ли Чума…
Остальные тоже между собой переговаривались, кто о чём.
Но затем вернулся Валентин Владимирович, и все посторонние разговоры стихли.
13
Стоя перед зеркалом, Дина собрала пепельные волосы в хвост, стянула чёрной бархатной резинкой. Оправила белую футболку, обтягивающую тонкую талию и высокую грудь. Покрутилась, придирчиво оглядев себя, однако осталась вполне довольна. Зеркало в комнате девочек было удобное и большое — во весь рост.
Затем, бросив расчёску на тумбочку, Дина повернулась к подругам.
— Нет, не могу! Меня просто разорвёт сейчас, честное слово. Только этого урода для полного счастья не хватало!
— Ты про новенького? — спросила Лиза, старательно вырисовывая стрелку над верхним веком.
На занятия ходить накрашенной не разрешалось, но после занятий на лёгкий макияж закрывали глаза. Да и директрисы, главной поборницы морали и благопристойности, к этому времени в школе уже не было.
— Ну а про кого ещё? Хамло убогое, скотина, ненавижу… Как он вообще попал в нашу школу? Мать — уборщица, вы слышали? Как вообще это понимать? С каких пор к нам стали принимать отбросов? Надо пробить, что за тип.
— Угу, странно всё это, — согласилась Лиза. — Наши предки, значит, должны платить бешеные бабки, а всякую шваль подзаборную берут просто так.
— И какого чёрта Валик затеял этот бред с представлением? Мы вам рады, — кривляясь, передразнила куратора Дина. — Ну что за детский сад? Не, я понимаю, мы так делали в пятом классе, когда ты, Лизка, к нам пришла.
Дети же, нормально… Но уже в восьмом это было нелепо, когда мы типа радовались Полькиному приходу. А сейчас — это просто верх идиотизма! Тем более ну какой там рады? Меня лично это просто вымораживает! Я смотреть спокойно не могу на этого гопника. Мало того, что этот урод оскорбил меня, так теперь ещё и по его вине мы должны пахать в библиотеке.
— Я тоже не понимаю, зачем Валик устроил это знакомство, как будто мы маленькие.
