Думаешь, я не понимаю, для чего ты попросил себе этот дневник? Ты выгородить её хотел! Чтобы она и дальше оставалась безнаказанной. А это… это всё равно что соучастие в преступлении. Вот ты бы сам отдал единственную улику, доказывающую вину человека?
— Ты с ума сошла? Да кто тебе сказал, что это Дина?
— Вот! О чём я и говорю! Ты даже не можешь объективно её судить. Потому что она тебе нравится. Она тебе и тогда нравилась, с самого начала. Даже когда вы ругались… я же видела, как вы друг на друга смотрели. Это всегда чувствуется.
Поэтому ты не замечаешь очевидного. Или отрицаешь очевидное. Но это она!
— Во-первых, я не собирался никого выгораживать, а, во-вторых, это не она. Это не Дина. Это тебе так хочется думать."
"— Да? И почему ты так уверен, что это не она? Потому что она тебе нравится? Откуда ты можешь знать наверняка? Всё, все факты говорят против неё…
Эрик вспыхнул. Да какое право Катя имеет вот так обвинять её? Хотелось очень многое ей сказать, чтобы она поняла, как сильно заблуждается.
Но взглянув в горящие глаза Кати, он лишь махнул рукой, потому что совершенно ясно увидел — её не переубедить. Вообще никак. Можно даже не пытаться.
— Я даже обсуждать это с тобой не хочу. Ты можешь думать, что хочешь, но если сделаешь ей плохо, если…
— Эрик! Зачем ты так со мной? Я всегда за тебя… я твой друг и желаю тебе только добра. А Дина… ты её совсем не знаешь!
— Похоже, это я тебя не знаю.
— Она — плохой человек! Она избалованная, испорченная, бездушная, высокомерная. Как ты этого не видишь? Она же заставит тебя страдать.
Наиграется и бросит. Она никогда не будет относиться к тебе как к ровне. Мы же для неё второй сорт. Вспомни сам её слова!
Катя в порыве вновь схватила его за рукав, но Эрик откинул её руку.
— А теперь послушай меня. Ты можешь что угодно думать про кого угодно. Но гадости про неё распускать я тебе не позволю. Просто держи язык за зубами, ясно? Я буду по-прежнему здороваться с тобой в классе, сидеть с тобой в столовке, но мы больше не друзья.
Эрик развернулся и вышел в коридор. Катя его окликнула, что-то ещё торопливо и взволнованно говорила вслед, но он не оборачивался. И ей же лучше, иначе наговорил бы много лишнего.
* * *Своё обещание Эрик сдержал — во время завтрака и обеда он сидел вместе с Катей и Корбутом. Но молчал, только поздоровался с обоими утром, а больше — ни слова.
Пару раз Корбут к нему обращался с вопросом, но Эрик отвечал односложно, давая понять, что непринуждённой беседы не будет.
