Катя: «Что за посвящение? Что делать надо?»
Андрей: «Ян, это обязательно?»
Света: «А кто там будет? Куда ехать?»
Вопросы сыплются в чат, и Савицкая терпеливо отвечает. Вроде не так страшно.
Яна: «Обычная туса дома у одного из студентов. В кампусе строго, особо не релакснуть. Участие добровольное, но никто никогда не отказывался, Андрюш. Ты же умный вроде».
Убираю телефон в карман джинсов и захожу в столовку. Быстро оглядываю зал — Шумского нет со свитой, но что-то поменялось, вайб какой-то другой, напряженный.
Элитные столы заняты, но привычного смеха не слышу. Шушукаются о своем. Да и пускай. Мне какое дело?"
"Беру два бутерброда и бутылку холодного чая. Мне нравится обедать во внутреннем дворе, там всегда тихо. Иногда вижу там Макса, перебрасываюсь с ним парой слов. Сегодня он тоже здесь.
— Привет! — здороваюсь со старшекурсником. — Можно к тебе?
Он пожимает плечами. Это значит, он не против.
Мобильный в сумке продолжает вибрировать сообщениями: Янку мучают вопросами.
— Макс, а что за посвящение перваков, не знаешь? Савицкая говорит…
— О, — выдает парень.
— Вписка, что ли?
— Вписка? — переспрашиваю. — Янка писала…
— Да насрать, что она писала! — взрывается Макс, и я понимаю, что невольно наступила ему на больную мозоль. — Каждый год эта херня!
Внутри зреет нехорошее чувство, что все очень и очень плохо. Макс пока ни разу не ошибался.
— Так вроде же не обязательно, можно отказаться.
Откладываю бутерброды в сторонку — есть расхотелось.
— Можно, но нельзя.
Захейтят так, что из окна выйдешь. Поверь мне. Лучше просто пережить это и забыть как страшный сон.
— Что там на этой вписке бывает-то? — Нервно сглатываю, пока воображение рисует одну картинку страшнее другой. — Что?
— С дерьмом смешивают! Во всех смыслах, — выплевывает Макс. — Девчонок могут и по кругу пустить.
— Что?! Это… это как?! — одними губами произношу я. — По кругу… это…
Макс отводит глаза, явно пожалев, что сказал мне.
— Ну типа они не против, не знаю, Мир, я этого не видел, слава богу! Так, слухи ходили, ну и видосы вроде снимали… Все, забей!
— Издеваешься?! Это же…
— Изнанка нашей студенческой жизни, — горько усмехается Макс.
— Хотя, может, Стэну не до вписки будет.
— Шумский?! Он!? — Подскакиваю с лавочки и сажусь обратно. — Ну конечно, кто ж еще.
— Темный вернулся, — неожиданно произносит Макс, и я настороженно замираю, услышав знакомое прозвище. — Непонятно, что будет.
— Кто такой Темный? — напряженно спрашиваю.
