У всех есть скелеты в шкафу, мистер Коупленд. Мы оба это знаем. Если вы продолжите эту охоту на ведьм, я собираюсь вытащить их и показать всему миру. — Уверенности в его голосе прибавлялось, и мне это совершенно не нравилось. — Возможно, мой сын совершил серьезный промах. Мы пытаемся найти способ компенсировать причиненный им ущерб, не поставив крест на его жизни. Можете вы это понять?
— Мне больше нечего вам сказать.
Он не отпускал мою руку.
— Последнее предупреждение, мистер Коупленд. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить моего ребенка.
Я посмотрел на Э-Джей Дженретта, а потом удивил его. Улыбнулся:
— Это хорошо."
"— Что хорошо?
— Что вокруг так много людей, которые готовы бороться за вашего сына. В том числе и в зале суда. За Эдуарда переживает целая толпа.
— Его любят.
— Это хорошо, — повторил я и отнял руку, которую он сжимал. — Но когда я смотрю на людей, которые сидят за спиной вашего сына, знаете, чего я не могу не заметить?
— Чего?
— Это сразу бросается в глаза. За Шамик Джонсон нет никого.
— Я хотела бы прочитать классу вот это сочинение, — начала Люси Голд очередной семинар.
Люси нравилось, когда студенты сдвигали столы, образовывая круг. Сама вставала по центру. Конечно, выглядело театрально ее хождение по кругу — как говорится, весь вечер на арене, — но она находила эту методику весьма эффективной. Когда студенты садятся в круг, каким бы большим он ни получался, все они в первом ряду. Так что отсидеться за чужой спиной никому не удается.
В классе находился и Лонни.
Люси думала попросить его зачитать текст, чтобы получить возможность изучать лица слушателей, но рассказ велся от лица женщины, так что мужской голос смазал бы впечатление. А кроме того, автор сочинения знала, что Люси будет следить за ее реакцией. Не могла не знать. И, конечно же, постаралась бы ничем не выдать себя. Вот Люси и решила, что читать будет сама, а Лонни — всматриваться в лица студентов. И, разумеется, Люси намеревалась часто отрываться от текста, поднимать голову в надежде что-то да заметить.
Сильвия Поттер сидела прямо перед ней. Сложила руки на столе, широко раскрыла глаза. Люси встретилась с ней взглядом и чуть улыбнулась. Сильвия просияла. Соседний стол занимал Элвин Ренфро, известный лентяй. Сидел, как и большинство студентов: создавалось впечатление, что костей у него нет и он может без труда соскользнуть со стула и превратиться в лужицу на полу.
— «Это случилось со мной в семнадцать лет, — читала Люси. — В летнем лагере.
