Получается, что если это Ник выглядит преступником, то на стороне Гардариана могут выступить все остальные кланы?! Это же заведомо проигрышная война!
Айлин берет меня за руку и уводит, хотя мне до безумия хочется вцепиться в рукав Ника, не отпускать его и самой никуда не уходить.
До самого вечера время проходит в сборах и практически в полном молчании. Слишком многое крутится в голове, настолько много всего, что превратить это в слова никак не выходит."
"Ненадолго успеваю зайти к сыну. Он все еще спит, это даже начинает беспокоить, но Берта убеждает меня, что порой драконы после пробуждения могут спать несколько суток подряд: набираются сил и общаются с человеческим “я”.
Такое ощущение, что он в один момент стал взрослее и серьезнее. Но я не могу сдержать слезы при мысли о том, что все получилось, что Ник был рядом в нужный момент, что он… Боги! Он готов отстаивать нас и не отдавать.
Что? Я не понимаю, что тогда заставило его принять это странное решение и дать согласие на мой брак с другим? И причем тут кольцо?!
Засиживаюсь допоздна в общей комнате в покоях.
Просто сижу на диване в темноте и смотрю в окно на убывающую луну. Ник все еще не пришел: к вечеру пришли вести, что в нескольких местах на границе были прорывы, которые удалось отбить.
Но теперь я в курсе, что границу Ник сдерживает в том числе своей магией, и каждый прорыв — это фактически дыра в его магическом резерве. Если их будет много, то либо Ник отпустит защиту, и тогда войска схлестнутся в прямой битве, либо он ослабнет и не сможет сам сражаться.
Ни тот ни другой вариант совсем не радует. Я никак не могу прогнать волнение и отправиться в кровать, даже несмотря на то, что вставать придется рано. Не хочу уходить, так и не поговорив с Ником. Слишком много хочется сказать и спросить.
Видимо, я даже успеваю задремать, потому что просыпаюсь от запаха кедра, смешанного со свежестью зимнего леса. Меня нежно, как хрупкую вазу, прижимают к горячему мускулистому телу.
Поднимаю глаза, скользя взглядом по шее, упрямому подбородку и высоким скулам.
Вижу каждый мелкий шрамик и тонкие, едва заметные нити морщинок в уголках глаз. Ник замечает, что я не сплю и слегка хмурится, возможно, расстраиваясь, что разбудил меня. Зря. Я очень этому рада.
Касаюсь пальцами его щеки с едва заметной светлой щетиной, обвожу контур его чувственных губ, видя, как темнеет его взгляд от этого действия.
— Ник, — шепчу я, понимая, в чем именно я сейчас отчаянно нуждаюсь. — Поцелуй меня.
Глава 36.
