— Жаннет, давайте как-то информативнее, чтобы я не тянул из вас по каждому слову, — поморщился. Рёбра снова напомнили о себе.
Глушилка ещё работала, когда её прорвало. Женщина тараторила, путалась и сбивалась. Приходилось напрягаться, чтобы вообще хоть что-то понять. Удивительно, но мой заларак пугал её меньше, чем бывший генерал. На смертоносную иглу она почти не обращала внимания."
"Насколько я понял, Жаннет довелось сойтись с ним в битве пару раз, и она проиграла. Виктор Викторович пощадил, хотя мог убить. Сначала дамочка потеряла целый ранг, а потом и вовсе — свою честь воина.
С каждым словом её голос становился всё тише, словно она заново переживала то унижение.
Жмелевский обещал, что следующая их встреча станет последней. Поэтому она и спряталась здесь, под Енисейском. Далеко от столицы жила себе тихо-мирно, развлекалась с мужем. А тут появляется Дымов и предупреждает о том, что бывший генерал в городе.
Первым делом дамочка собрала и отправила своего благоверного. Какими бы странными ни казались их отношения, она его действительно любит.
В её голосе появились тёплые нотки, когда женщина говорила об Эдике.
И вот Жаннет закончила свои дела и бежит. Трусливо, бесчестно бежит, чтобы прожить оставшиеся годы с мужем в спокойствии. Они уже придумали, куда отправятся, — к ней на родину. Пока границы с Европой открыты и у женщины есть деньги.
Как бы я ни пытался остановить Жаннет и задать нужные вопросы, она продолжала рассказывать то, что мне неинтересно. Будто прорвало плотину — слова лились потоком.
Кое-что я всё же узнал. Кольцо, которое мне дали, называется Амбивера. «Две истины или две правды» — это знак тех, кому можно доверять.
Когда к Жаннет припёрся Дымов, он сообщил, что я, скорее всего, предатель и служу императору. Поэтому женщина согласилась на установку записывающих кристаллов. Но, раз следователь дал колечко, то мне можно доверять.
— Магинский… — кажется, пришла в себя дама. Её дрожь почти прекратилась.
Я убрал заларак и посмотрел ей в глаза. В них плескался такой страх, что стало не по себе.
— Бойся Жмелевского, — выдала Жаннет, сжимая кулаки. — Он… очень силён. Я была на многих войнах, дралась с разными людьми — слабыми, могущественными. Но он… Никто ему и в подмётки не годится.
— Приму к сведению, — кивнул и поморщился от боли в рёбрах.
— Если он тут, значит, всё уже решено. Соглашайся на условия, которые выдвинет. Просто сразу скажи «да», и тогда он не тронет тебя и твоих близких. Но стоит ему отказать… — её голос сорвался.
