Тепло мужчины побежало по ее коже, проникало в кровь. Мягкое, обволакивающее, похожее на пуховый платок.
– Ева, ты мне нравишься, и я собираюсь за тобой ухаживать, – хрипло начал Илья, останавливаясь и аккуратно обняв блондинку за талию. Напряженный взгляд зеленых глаз встретился с синими. – Я понимаю, что отец-одиночка – не лучший вариант для семейной жизни, но изменить этот факт я не в силах.
Об этом было тяжело говорить, но и молчать не имело смысла. Хан давно собирался завести этот разговор, выбирал время, место.
Сегодня эти слова прозвучали, а что будет дальше – зависело от Евы.
Страшно.
Черт!
Да, он боялся. Потому что Наташка – только его ребенок. Кому нужен мужик с прицепом? Говорят, что чужих детей не бывает. Врут! Изначально это именно так, а уж дальше – как повезет.
Стартовые условия для любви у Хана были не самыми благоприятными, особенно по сравнению с Балу, который успел распрощаться с любовницей и, очевидно, планировал обратить свое внимание на Еву. Если уже не обратил… Но об этом пока молчали.
Новосиб – маленький город, особенно для таких людей, как Балуев. Он постоянно на виду, под прицелом. Первый его шаг в сторону блондинки моментально породит волну слухов, сплетен и грязных домыслов. Пока народ безмолвствовал. Истерики Жанны не в счет.
Что касалось Евы, то ее благодарность могла сыграть с ними обоими дурную шутку. Как легко спутать это чувство с любовью! Но это не одно и то же."
"– Наташа – замечательная девочка, Иль. Она мне нравится, как и ты, но сейчас я не готова ввязываться в отношения.
Пусть все идет своим чередом.
– Хорошо.
Они гуляли почти час. Проводив Еву до подъезда, мужчина привлек ее к себе.
– Мы целый месяц не увидимся, но я буду тебе писать, хорошо? Я мог бы прилететь, но Наташа…
– Пиши, я буду отвечать, – блондинка заботливо поправила воротник его рубашки. – Я все понимаю, Иль. Месяц пройдет быстро. Спокойной ночи.
Ева чмокнула мужчину в щеку, получила такой же поцелуй в ответ и скрылась в подъезде.
Через пятнадцать минут на телефон Балу прилетел фотоотчет. Файлов было много.
33
– Нет, она не могла…. Ева не такая…
Один кадр менялся другим. Вот рука девушки лежит на локте Хана, а сейчас она улыбается ему так, что за эту улыбку Балу готов отдать душу. Заразительно смеется, запрокинув голову. Последний кадр взорвал мозг Балу, отозвался болью за грудиной. Ева поправляла воротник его рубашки, но не сводила взгляда с Ильи.
