"
"– Это очень хорошо, насколько я могу судить, – сказал Боб, тепло улыбаясь ей.
Элен сидела на диване, а Боб – рядом, в большом удобном кресле. Ему хотелось взять ее за руку, но он не знал, стоит ли это делать, и выпил не так много шампанского, чтобы осмелиться на это.
– Не знаю, хорошо это или плохо, – честно призналась Элен. – Но я хочу быть собой, а не воплощением чьей-то фантазии. Что бы я ни делала в дальнейшем, я хочу оставаться собой, а не терять себя в надежде удовлетворить чье-то желание видеть меня такой, какой я могла бы или обязана была бы стать.
Не знаю, получится ли это у меня, может, и нет. И я теперь немного боюсь сближаться с кем-либо. Что, если я снова потеряю себя?
Она обращалась прямо к нему, и он чувствовал глубину эмоций, которые стояли за этими словами. Он понимал, что ее опасения оправданны, учитывая то, через что ей недавно пришлось пройти. Она старалась переделать себя ради мужчины, который все равно бросил ее, полагая, что на этот раз он нашел то, что искал, хотя в этом он, возможно, ошибался.
– Я не думаю, что вы позволите такому снова случиться, – тихо сказал Боб. – Если мы очень стараемся, мы не повторяем прошлых ошибок. – Он улыбнулся. – Желание действовать по старой схеме всегда очень велико, но вы много размышляли над этим. И мне кажется, что каким-то странным образом ураган, который мы пережили, изменил нас всех. Мы осознали, как коротка может быть жизнь, и не хотим больше тратить ее понапрасну, если это будет зависеть от нас.
– Я думаю, что вы правы.
Я уже много лет не видела, чтобы моя мать ходила на свидания, а теперь она встречается с мужчиной. Полагаю, ураган «Офелия» разбудил нас всех. Может быть, для тех, кто выжил, это обернулось благом.
И в этот самый момент снизу позвонил швейцар и объявил о прибытии мистера и миссис Элдрич. Элен расхохоталась. А внизу Грейс, входя в лифт, с шокированным видом посмотрела на Джима и покраснела.
– Не могу представить себе, почему он так сказал.
Она на мгновение растерялась.
– Это, должно быть, означает, что мы хорошо смотримся вместе, – пошутил Джим.
Он не стал поправлять швейцара, и казалось, его это позабавило. – Может быть, кто-то рассказал ему про Майами, – прошептал он, и Грейс рассмеялась.
– Бога ради, Джим! Мы ужинаем с моей дочерью и должны хотя бы притвориться респектабельными людьми.
– Я думаю, Элен слишком проницательна для этого, – с довольным видом заметил Джим.
Они вышли из лифта и увидели Элен, с улыбкой ожидавшую их на пороге.
