А Элен теперь открыто признавали аутсайдером. И это помогло ей принять, наконец, решение по поводу того, что делать дальше. Она позвонила Филиппе сразу же, как пришла домой.
– О’кей, с меня довольно, – тихо сказала она.
Ее помощница не была удивлена. Она ожидала, что этим все кончится. Мужчины вроде Джорджа и представители высшего класса, к которым он принадлежал, были слишком закрытым сообществом, чтобы быть лояльными к Элен, и Филиппа была рада, что она решила уехать, по крайней мере на время.
– Я собираюсь на время сдать все свое имущество на склад.
Потом я могу организовать его перевозку в Нью-Йорк, или ты сделаешь это за меня, когда я найду квартиру. Если только я не решу подыскать себе меблированную квартиру, типа той, которую я нашла для своей матери.
Но ей хотелось чего-нибудь более постоянного. Ей нужен был ее собственный дом. Ее только что вырвали из лондонской жизни вместе с корнями, и ей необходимо было пустить эти корни где-то в другом месте. В настоящий момент в Нью-Йорке.
– Я хочу встретиться со всеми клиентами в предстоящие пару недель и заверить их, что всегда буду на связи с ними, когда бы я ни была им нужна.
А ты будешь держать оборону здесь. Они всегда могут связаться со мной по электронной почте, или по скайпу, или по мобильному телефону. Я и сейчас общаюсь с большинством из них по электронной почте, так что для них это не станет заметной переменой.
Филиппа согласилась с ней и назначила ей встречи на всю следующую неделю. Когда Элен говорила с клиентами, они, казалось, не были обеспокоены или огорчены.
Казалось, им понравилась идея о том, что она будет закупать для них материалы, мебель и аксессуары в Нью-Йорке. И она будет прилетать всякий раз, когда в этом возникнет необходимость или когда возникнут какие-либо проблемы. Так что никто не возражал против этих изменений. И эти перемены, похоже, никого особенно не взволновали.
Самой Элен придется намного труднее. Она прожила в Лондоне одиннадцать лет и знала, что ей будет не хватать его. Но не настолько, чтобы остаться здесь после всего, что так внезапно произошло между ней и Джорджем.
Она сообщила ему, когда вывезут ее вещи из дома, но не стала говорить о том, куда собирается переехать. Теперь это его не касалось. У них не было причин общаться друг с другом. Все решения касательно их общего имущества были приняты относительно быстро, поскольку единственным, чем они владели совместно, был их дом. Все остальные вопросы можно было доверить их адвокатам.
