Выхожу из ее спальни и иду на диван с ноутбуком, чтобы немного поработать и занять время до сна чем-то полезным, попутно размышляя, что мне нужно поговорить с Асей. А до тех пор, лучше не думать с кем она проводит время и чем это может кончиться.
* * *Обычно я завожу Фиму к Асе, но так как мне нужно с ней поговорить без лишних ушек, в голову приходит мысль подключить дядю Петю. Я выезжаю из дома пораньше следующим днем, предварительно позвонив и предупредив о своем приезде, и отдаю своего ребенка в руки любимых дедушки и бабушки.
– Почему ты не отвез ее к Асе? Она ведь была с тобой два дня? – спрашивает дядя Петя после того, как Вера отводит Фиму на кухню за сладким.
– Мне нужно поговорить с Асей, – отвечаю я. – При Фиме это сделать будет невозможно, потому что есть риск перейти на повышенные тона.
– Что опять между вами не так? – недовольно хмурится наш старик.
– Ничего, о чем стоило бы беспокоиться. Просто нерешенный вопрос. Думаю, после сегодняшнего разговора все станет ясно.
– Не люблю я вашу скрытность, – ворчит дядя Петя.
– Точно ничего серьезного?
– Да нет ничего такого, расслабься. Вот приедет Ася за Фимкой и сам убедишься, что все с ней в порядке. Только ты не мог бы ей сказать, что сам попросил меня завезти Фиму к вам? Она будет недовольна, что я не привез ее прямо к ней.
– Ладно, скажу, раз так надо. Но имей в виду, что ты мне потом должен будешь все рассказать, Кирилл.
– Расскажу. Если все пойдет как надо, то мне еще потребуется твоя помощь, но об этом потом.
Мне уже пора, дядя Петь.
Я еле ухожу от дальнейших расспросов и попрощавшись, еду к своей бывшей жене, которая ждет меня с нашей дочерью и пока не знает, что я один. Открыв дверь, Ася растерянно смотрит мне за спину, выискивая малышку.
– Где Фима? – спрашивает она, а я пялюсь на нее, как полный придурок, потому что эмоции захлестывают с головой.
Примерно то же самое я чувствовал на день рождения Фимы, когда нахлынули воспоминания из-за ее чертового платья. Сейчас Ася одета в шорты и мою старую футболку, которую она украла года три-четыре назад и носила так часто, что та потеряла цвет, но все равно сидит на ней по-особому сексуально.
И конечно, она как всегда, не надела под нее лифчик, из-за чего у меня учащается сердцебиение, а в голову лезут неуместные сейчас фантазии.
– Кир, – выжидающе смотрит она на меня и я даю себе мысленный подзатыльник.
– Что? А, да, Фима! Я завез ее к дяде Пете, он мне позвонил и рассказывал, как соскучился.
