Но я не должен был сдаваться! Нам нужно было решать свои проблемы другим путем, но мы совершили ошибку. А теперь я хочу эту ошибку исправить.
– А я не хочу! – говорю упрямо. – Все Кир, поезд ушел. Я ничего от тебя больше не хочу, так что оставь меня в покое!
Разворачиваюсь и практически бегом несусь к лестнице, в спасительную спальню, где спит Фима и где он точно не посмеет меня побеспокоить. Правильно я делала, что избегала его! Нужно и дальше придерживаться этой тактики, пока он не успокоится и не найдет себе очередную Лану.
Я ему не игрушка, чтобы бросать и возвращать, когда вздумается!
Глава 22
Я плачу полночи, прежде чем забываюсь сном, а проснувшись, замечаю, что Фимы в кровати нет. Наверное, малышка не стала будить меня, раз в доме есть еще и папа, и ушла к нему. Смотрю на часы на телефоне и округляю глаза, поняв, что проспала аж до двенадцати дня. Это же время выезда!"
"Быстро умывшись, надеваю на себя теплый вязаный костюм и спускаюсь вниз, но на кухне обнаруживаю спокойно попивающего кофе Кира.
Одного, без Фимы, которая выступила бы буфером между нами.
– Где все? – спрашиваю агрессивнее, чем собиралась, на что он приподнимает бровь.
– И тебе доброе утро, Ася. Родители уже уехали.
– Как уехали? – удивляюсь я.
– А вот так. Взяли твою машину и уехали вместе с Фимой, – наблюдая за моей реакцией, признается Кир, а у меня глаза чуть на лоб не лезут от этой новости.
Вот ведь предатели! Оставили меня один на один с этим козлом, чтобы мы вместе добирались до города на его машине.
– Это уже переходит все границы, Кирилл! – не скрываю своей злости. – Что за тупые заговоры за моей спиной?! Думаешь, силой можешь заставить меня сделать по-твоему?
– Нет, мне уже не двадцать, чтобы решать за тебя силой, – вздыхает он. – Я просто хочу, чтобы ты перестала бегать от меня и прямо высказала все свои претензии.
– Я уже высказала тебе все, что хотела! – возмущаюсь я.
– Нет, ты рассказала мне официальную версию, которую придумала, как оправдание, – спокойно говорит он, беся меня своей невозмутимостью и собранностью.
Я уже готова взорваться и на его фоне выгляжу, как глупая истеричка. – Я хочу, чтобы ты высказала то, что оставила при себе. Тебе не нужно стесняться меня, мелочь, выговорись. Накричи на меня, поплачь, можешь даже побить, только не строй из себя человека-робота, которому все нипочем.
– Ты мелешь чушь, – заявляю с меньшей уверенностью, чем хотелось бы. – И вообще, нам ведь пора выезжать, да? Мне еще нужно собрать вещи.
