Сын вождя, преображенный в жуткую икону хаотичной силы, перед которой склонили колени тисте эдур. Наместник поежился.
– Что вас гнетет? – спросил он.
– Что-то, ерунда, – прозвучал гортанный голос; слова искажены изуродованным горлом. Это был звук боли, долгой и неисцелимой.
– Что именно?
Снова конвульсия – Брол решил, что колдун пожал плечами.
– Следы на мертвой земле.
– Оул’данских военных?
– Нет. – Голова под капюшоном повернулась, и укрытое в тени лицо обратилось к наместнику: – Тяжелее.
Внезапно Брол Хандар вспомнил громадные когтистые отпечатки, найденные на разрушенной ферме.
Он выпрямился, взявшись за арапайскую саблю на боку.
– Где? В какой стороне?
Не сразу к’риснан вытянул руку, похожую на птичью лапу.
В сторону обозного лагеря.
И внезапно оттуда донеслись крики.
– Когорты, бегом! – проревел Брол Хандар. – К’риснан и колдуны, за мной!
Он пришпорил коня, пустив испуганное животное в галоп.
Он видел, что арапай-преда, сопровождавший две когорты, уже дал команду «бегом». Воин повернул голову в шлеме, провожая взглядом скачущего мимо наместника и магов.
Впереди нарастал рев испуганных быков и мулов, печальный и беспомощный, перекрывающий звуки битвы. Палатки пропали, растяжки взметнулись в воздух, и Брол увидел фигуры, бегущие прочь из лагеря на север…
…где их ожидала идеальная засада оул’данов. В высокой траве. Стрелы, легкие копья пронзали воздух. Воины спотыкались, падали, и тут дикари, громко крича, налетели с копьями, топорами и мечами.
Им уже ничем не помочь – бедняги.
Необходимо спасать припасы.
Наместник с колдунами достигли пологого склона и помчались к ряду лекарских палаток.
Существо, возникшее перед ними, и вправду было демоном – этот образ навсегда засел в мозгу и вызывал ужас. Наш древний враг, эдур никогда не забыть…
Голова вытянулась на гибкой шее, широкая пасть обнажила клыки-кинжалы. Массивные плечи за шеей, длинные крепкие передние лапы с громадными изогнутыми железными клинками – там, где должны быть пальцы. Нагнувшись вперед, пробегая на гигантских задних лапах, вытянув хвост для равновесия, тварь внезапно появилась среди них.
Лошади заржали. Брол оказался справа от демона, почти в зоне достижения мелькающих лезвий, и в ужасе наблюдал, как змеиная голова метнулась вперед, челюсти сомкнулись на шее лошади с хрустом, разомкнулись, разбрызгивая кровь; пасть была полна мяса и костей, хребет лошади был виден в ужасной дыре, оставленной жуткими челюстями. Лезвие разрубило колдуна, сидящего в седле, до половины.
