Не хотелось бы сейчас заплутать…
Немного приободрившись, Быстрый Бен сосредоточился и проник чувствами в окружающий эфир. Твердая, липкая, гладкая поверхность подавалась, как губка, под нажатиями воображаемых ладоней. Он начал давить сильнее, нащупывая… мягкие точки, слабости – я знаю, что вы есть.
Ага, теперь, я чувствую, ты узнал о моем присутствии. Любопытно: ты ощущаешься… по-женски. То, что казалось липким под прикосновениями, стало просто прохладным.
Помимо осязания, не было ничего. Никаких видений; никаких запахов в прохладном воздухе; никаких звуков, кроме легкого гудения крови в теле, пока он старался отделить душу, отправить ее в поиск.
Ну, не так уж плохо…
Жуткий треск разрыва, потом тяжелый неизбежный вдох, освобождающий дух, толкающий его сквозь водоворот едкого жара; густые тучи, наползающие со всех сторон, мягкая промокшая земля под ногами. Он ощупью двинулся вперед, и легкие наполнил острый пар, от которого закружилась голова. Боги, что это за напасть? Я не могу дышать…
Ветер развернулся, подтолкнув его вперед – в неожиданный холод; и Быстрый Бен начал судорожно глотать благословенно чистый воздух.
Затем опустился на ладони и колени. Прямо на каменистую землю, на лишайник и мох. С двух сторон редкий лес в миниатюре; здесь росли ольха, дуб, ель – старые и кривые, высотой ему по пояс. Неброской окраски птицы порхали в зеленых листочках. В этом мире он был привидением, призраком – пока что. Именно сюда нам и нужно.
Чародей медленно поднял голову и выпрямился.
Он стоял в неглубокой широкой долине; карликовый лес покрывал пространство перед ним и взбирался по склонам – деревья широко отстояли друг от друга, как в парке. И птиц было великое множество. Где-то неподалеку журчала вода. Над головой, ловко хватая мошек, носились громадные стрекозы с размахом крыльев, как у ворона. А накрывало неистовый пир лазурное небо, густо розовевшее у горизонта, и долгие полоски туч тянулись, как пена от замерзших волн на небесном берегу.
Первобытная красота – край тундры.
Боги, ненавижу тундру. И все же… да будет так, как говорят короли и королевы, когда все сливается в отхожее место. Ничего не поделаешь. Нам нужно сюда.
Трулл Сэнгар вздрогнул от раздавшегося кашля – вернулся Быстрый Бен, согнувшийся пополам; из его глаз ручьями текли слезы, а от тела поднимался как будто дым. Он отхаркался, сплюнул и медленно выпрямился.
С улыбкой.
Хозяин таверны «У Харридикта» жил словно в осаде. Он страдал уже месяцы и годы.
