Разумеется, это привлечет ненужное внимание, что выльется в еще более широкую бойню, уже не разбирающую между теми, кто заслуживает и кто не заслуживает смерти. В конце концов, таково проклятие власти.
И это очень хорошо скоро поймет Карос Инвиктад.
Тегол Беддикт решил, что ты должен уйти.
И мне тебя почти жаль.
Тегол Беддикт стоял на коленях на грязном полу своей лачуги, роясь в небольшой куче мусора, когда услышал шарканье в дверном проеме. Он оглянулся через плечо:
– Ублала Панг, добрый вечер, мой друг!
Громадный тартенал-полукровка вдвинулся в комнату, сгорбившись под низеньким потолком.
– Что ты делаешь?
– Ищу деревянную ложку – или хотя бы часть ее. Ей суждено играть центральную роль в приготовлении сегодняшнего завтрака. Боюсь допустить, что Бугг бросил ее в очаг… А, вот она, видишь? И на ней еще комочек жира!
– Как по мне, так это грязь.
– Ну, даже у грязи есть вкус. – Тегол подполз к кипящему на очаге котелку. – Наконец мой суп приобретает нежность… Веришь, Ублала Панг? Посмотри, я скатился до черной работы, сам готовлю! Говорю тебе, мой слуга слишком много о себе возомнил.
Может, надаешь Буггу по ушам ради меня? И я вовсе не такой невнимательный, как ты думаешь – я вижу, как светится от радостного возбуждения твоя простая физиономия. Что случилось? Шурк Элаль вернулась?
– Пришел бы я тогда сюда? – фыркнул Ублала. – Нет, Тегол Беддикт, она уехала. В море, со своими молодыми пиратами. Я оказался чересчур велик, видите ли. Мне приходилось спать на палубе в любую погоду, а пираты то и дело крепили на мне паруса и смеялись, как будто это забавно.
– Да, дружище, моряки – простой народ. А пираты, как правило, – неудавшиеся моряки, доводящие простоту до небывалой крайности…
– Чего? Знаешь, у меня новости.
– Неужели?
– Да.
– Я могу их услышать?
– А ты хочешь?
– Хочу, а то бы не спросил.
– Правда хочешь?
– Слушай, если ты не собираешься мне рассказывать…
– Нет, собираюсь. Рассказывать. Именно для этого я пришел, хотя съел бы и супу, если мне предложат.
– Ублала Панг, предложу с радостью, только сначала давай выловлю тряпку, на которой я варил бульон, а то подавишься.
– Тряпку? Какую тряпку?
– Ну, практически квадратную. Ею вытирали полку на кухне, так что она впитала разнообразные пищевые продукты.
– Тегол Беддикт, в город прибыл чистокровка.
– Это твоя новость?
Гигант торжественно кивнул.
– Чистокровка?
Еще кивок.
– Значит, тартенал…
– Нет, – прервал Ублала Панг. – Чистокровка. Чище, чем любой тартенал.
