Их рассеют по империи – подальше от традиционных мест обитания. Они станут рабами, трофеем, и право выбирать первыми я предоставлю моим солдатам.
– Судьба нереков, фентов и тартеналов.
– Точно так.
– Эта идея мне не очень-то по нутру, атри-преда. Не понравится она и никому из тисте эдур, включая императора.
– Давайте обсудим это, когда убьем Красную Маску, наместник.
Он поморщился, потом кивнул:
– Согласен."
"Про себя Брол Хандар проклинал Красную Маску, который в одиночку растоптал надежды на прекращение военных действий, на справедливый мир.
Летур Аникт получил необходимые оправдания, чтобы уничтожить оул, и никакой тактический гений засад и набегов ничего не изменит. Таково проклятие лидеров – думать, что они могут изменить мир.
Проклятие, которое, похоже, настигло и меня. Что же, я теперь раб Летура Аникта и ему подобных?
Гнев растекался дыханием льда, глубокий и долгий, горячим дыханием жег грудь. Дослушав меднолицего Натаркаса, Красная Маска поднялся в тихой ярости и, выйдя из хижины, застыл, ожидая, пока глаза привыкнут к безлунной, укрытой тучами ночи.
Неподалеку, словно вытесанные из камня часовые, неподвижно стояли его к’чейн че’малли с поблескивающими в темноте глазами. Красная Маска пошел вперед, и головы чудовищ одновременно повернулись вслед.
Ни один из них не двинулся за Красной Маской, и он был им благодарен. От каждого шага громадных зверей собаки в лагере начинали выть, а он не был в настроении слушать безумные вопли.
Половина ночи прошла. Красная Маска созвал вождей кланов и самых важных старейшин в хижину, принадлежавшую Хадральту. Они пришли, ожидая выговора от нового, очень страшного вождя, но Красная Маска не хотел дальнейшего унижения воинов, теперь подчиняющихся ему. Утренние раны были еще свежи. Утерянное мужество можно обрести лишь в бою.
При всех прегрешениях Хадральта он был прав в одном: старая тактика военных действий против летери обречена на провал.
Однако идея ныне мертвого вождя обучить оул’данов методам боя летери тоже, как объяснил Красная Маска слушателям, не годилась. Оул обучались с плохим оружием и хранили верность только своему клану или родне.
Нужно искать новые способы.
Потом Красная Маска спросил о наемниках-союзниках, и услышанный рассказ оказался таким путаным и постыдным, что подробности приходилось буквально вытягивать из смущенных, стыдливо скрывающих лица воинов.
