"
"– Вы пришли, – прошептала она, – арестовать меня?
Воин задрал брови.
– Ничего подобного. По сути, совсем наоборот.
– Значит, решили присоединиться к изменнице?
– Первая наложница, я не верю, что вы замешаны в каких-либо подстрекательских действиях. А если да, то вряд ли они направлены против императора Рулада.
Она нахмурилась:
– Если не против императора, то против кого? И как можно говорить об измене, если действия не направлены против Рулада? Думаете, я против гегемонии тисте эдур? Против кого именно я плету заговор?
– Ну, если бы мне пришлось гадать… Против канцлера Трибана Гнола.
Нисалл помолчала:
– Что вам нужно?
– Простите. Меня зовут Брутен Трана. Мне поручили надзор за операциями Патриотистов, хотя, наверное, император уже забыл эту подробность.
– Я не удивлена. Вы еще ни разу не смогли отчитаться.
– Верно. – Брутен Трана поморщился. – Об этом позаботился канцлер.
– Он настаивает, чтобы вы представляли отчеты лично ему, так? Начинаю понимать, Брутен Трана.
– Возможно, уверения Трибана Гнола, что он передал упомянутые отчеты Руладу, – вранье.
– Единственные отчеты о работе Патриотистов, которые получает император, исходят от куратора и проходят через канцлера.
Эдур вздохнул.
– Как я и подозревал. Первая наложница, поговаривают, что ваши с императором отношения вышли за пределы обычных между правителем и избранной шлюхой – простите мне это слово. Рулад изолирован от своего народа. Каждый день он получает прошения, однако все они от летерийцев и все тщательно отобраны Трибаном Гнолом и его подручными.
Ситуация ухудшилась с отплытием флота; ведь с ним отбыли Томад Сэнгар и Урут, и многие другие хироты, среди них брат Рулада, Бинадас. Всех, кто мог всерьез противостоять махинациям канцлера, убрали со сцены. Даже Хандари Кхалаг… – Воин затих, глядя на нее, затем пожал плечами. – Я должен поговорить с императором, Нисалл.
Тайно.
– Я не смогу вам помочь, если меня арестуют, – сказала она.
– Остановить это в состоянии лишь сам Рулад, – вздохнул Брутен Трана.
– А пока я смогу предложить вам защиту.
Нисалл наклонила голову.
– Какую?
– Я дам вам двух телохранителей эдур.
– Ага, так все же вы не в полном одиночестве, Брутен.
– Единственный эдур, который здесь в полном одиночестве, – это император. Ну и, возможно, Ханнан Мосаг, хотя у него есть к’риснан… Впрочем, это вовсе не значит, что бывший колдун-король предан Руладу.
Нисалл невесело улыбнулась:
– Выходит, тисте эдур не так уж отличаются от летерийцев.
