Так пронзительно, что по телу пробежали мурашки.
Отстранившись, как от заразы, я недоумённо посмотрела на парня. Теперь он не выглядел расстроенным, напротив, улыбался во весь рот. Такой же фирменный оскал рисовался на его лице, когда тот вздумал меня облапать.
– Ты совсем сдурел?! – возмутилась я, глотая воздух. – Что здесь происходит?!
Спрыгнув с парапета, блондин театрально развёл руками.
– Всего-то репетиция. Ну как я отыграл? Сойду на роль Ромео?
Мир вокруг нещадно вращался, набирая скорость.
– Что, чёрт возьми? Ты всё это подстроил?"
"– Конечно, – пожал он беспечно плечами.
– Мне нужен был зритель. Ты ведь не подумала, что я всерьёз решил покинуть белый свет? Я ценю свою жизнь и поэтому всё ещё жив. Что не скажешь про некоторых…
Челюсть была готова отвалиться. Это была очередная игра, в которую я снова и снова вступала. Но теперь меня трясло не от ужаса, а от пронизывающей до костей злости. На миг я пожалела, что момент с самоубийством был дешёвым спектаклем.
– Гад! – выкрикнула, замахнувшись.
Но Вова перехватил мою руку, до боли вцепившись в запястье.
– Ну-ну-ну, лапа, – протянул он, склонив голову набок. – В отличие от тебя, я учусь на своих ошибках. И больше не допущу твоей ладошки на своей щеке.
Свободная рука сжалась в кулак.
– Даже не думай, – пригрозил он прежде, чем я решилась на удар. – Я не стану твоим ручным пёсиком. Я умею кусаться, – мерзавец поклацал зубами в воздухе. – А всяким сучкам следует держать себя в руках.
По груди растеклось бессилие. От его пустого взгляда стало не по себе.
– Зачем? – мой голос взяла хрипота. – К чему это всё?
– А ты напряги свою симпатичную голову и хорошенько подумай. Быть может, подсказка лежит на поверхности?
Он говорил об Амелии… Неужели, всё сказанное им ранее – правда?
– Я не стану играть в ваши игры, – на сей раз прозвучало не уверенно, ведь спрашивать меня никто не собирался. Раз за разом я невольно принимала в них участие. Невольно. Неосознанно.
– Перестань себя обманывать, лапа, – усмехнулся блондин.
– Ты уже их главный участник. И мой тебе совет: будь аккуратна, когда гуляешь по краю, ведь всегда есть риск оступиться.
Мои глаза превратились в щёлки.
– Ты угрожаешь мне?
– Напротив, – хмыкнул он, отпустив мою руку. – Я тот добрый волшебник, что дарит нужные ключики. Вокруг столько дверей и за каждой кроются ответы… Начни с самой первой. Уверяю, тебе понравится, – подмигнул ублюдок.
Пританцовывая и напевая что-то неразборчивое, он покинул крышу.
