А я надену то, что сейчас на мне, и напьюсь до беспамятства, пока все это не закончится, и тогда мы все сможем жить дальше.
Глаза Пакса сузились, потом сузились еще больше. Я даже не могу сказать, открыты ли они еще, когда он говорит:
— На этот раз ты мастер этой охоты, Джейкоби. На твоем месте я бы не обольщался.
Черт бы его побрал. Я знал, что это произойдет. Я, бл*дь, это знал."
"— Я не мастер охоты. В прошлый раз я был мастером. А это значит, что кто-то из вас, ублюдков, готов к битве.
Дэшил и Пакс одновременно качают головами.
Они расходятся во мнениях, спорят, дерутся и ссорятся по любому поводу, но похоже, что они едины во мнениях по этому поводу. Как типично.
— В прошлый раз все пошло плохо, и мы с Паксом приняли ответственное решение. Тебе нужно снова сесть в седло. Ты весь взвинчен, и, честно говоря, мы устали жить с самозванцем.
— Самозванец. Точно.
— Да. — Дэш бросает в рот пару сухих жареных орешков. — Ты сейчас не в себе, и мы решили, что хотим вернуть тебя прежнего. Итак, ты становишься мастером, а мы наслаждаемся любой больной, испорченной игрой, которую ты нам устраиваешь, и все возвращается на круги своя.
Звучит неплохо?
Нет, это звучит ужасно. Все это. Как мастер охоты, я должен буду делать определенные вещи. Раньше я упивался этими тайными наслаждениями, но теперь все изменилось. Теперь есть Элоди. Со вчерашнего вечера я не могу избавиться от образа ее обнаженной и прекрасной, сидящей верхом на мне, от сладкого звука ее дыхания в моем ухе. Я умру стариком в своей постели, все мои другие воспоминания будут съедены разрушительными силами времени, но это воспоминание все еще будет яростно гореть за моими веками, когда я уйду.
Элоди моя, и я ни хрена ее не отпущу. А я не могу быть мастером охоты и оставить Элоди себе. Нет никакого чертового способа.
— Делай то, что должен, — говорит Пакс, открывая очередную банку пива. Он швыряет крышку через всю гостиную. — Это все рано произойдет, Рэн. Тебе придется собраться с духом. Мы с Дэшем никогда не упирались, когда ты устраивал нам концерты.
Мы уж точно не подняли шума, когда ты посадил нас в самолет в прошлые выходные. А это было какое-то долбаное дерьмо.
Да, он прав. Я уже ставил их обоих в действительно компрометирующие ситуации, потому что это заставляло меня смеяться, а смотреть, как они извиваются, было десять разных видов развлечений. И моя последняя просьба могла бы закончиться катастрофой для всех троих, если бы что-то пошло не так. Я не могу отказаться от этого.
