Там, где дело касается парней, мы с тобой точная копия друг друга. Мы можем думать, что хотим, чтобы кто-то добрый и заботливый любил нас, но в тот момент, когда это становится реальностью, мы убегаем со всех ног. Мы обе одинаково долбанутые. Мы любим, чтобы наши мальчики были плохими и воинственными, иначе в них просто нет искры.
Мои щеки становятся очень, очень горячими.
— Я не влюбляюсь в плохих парней, Ал. Зачем мне себя так наказывать?
В мои наушники врывается неистовый смех Айлы.
— Ты ведь шутишь, да? Ты помнишь Майкла? Парень, с которым ты потеряла девственность? Он обращался с тобой как с богиней, а ты порвала с ним, потому что он, цитирую: «не смог постоять за себя, когда ты дралась».
— Это нормально, — возражаю я. — Кто же не защищается, если его подружка сошла с ума?
— Значит, ты сходила с ума?
— Да! Я все время была сумасшедшей, а Майкл просто сидел и принимал это. А это значит, что он еще более сумасшедший, чем я! Я не собираюсь встречаться с таким психопатом! — Я понимаю, как безумно это звучит сейчас, но я держалась за свое оружие.
То, что мне нужен был парень с твердым характером, вовсе не означает, что я питаю слабость к плохим парням. Айла заблуждается.
— Ну, ладно, как скажешь, — смеется она. — Мне пора идти. Сейчас половина пятого утра, и мне нужно пойти выпить галлон воды, чтобы утром у меня не было похмелья. Мы так скучаем по тебе. Не могу выразить, как я рада, что ты не умерла.
— Спасибо. Я тоже рада, что я не умерла.
— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Твой отец такой мудак, Элоди.
Серьезно. Если бы это не принесло мне целую кучу действительно дерьмовой кармы, я бы пожелала ему чего-нибудь очень плохого. Например, сломать обе ноги. Или чтобы с ним произошел какой-то ужасный несчастный случай во время учений, и его член и яйца оторвались бы при взрыве мины.
— Я бы предпочла не говорить о барахле моего отца. Но да, пара сломанных ног была бы очень кстати. Я пожелаю ему этого за нас обеих и получу двойную плохую карму, если это поможет.
— Так оно и будет.
Спокойной ночи, девочка. Пожалуйста, приезжай к нам в ближайшее время.
— Ты приезжай навестить меня! — Полковник Стиллуотер ни за что не позволит мне в ближайшее время улететь в Израиль на каникулы. Если бы я могла найти способ вернуться туда без его ведома, это было бы одно, но мой отец узнал бы об этом сразу же, как только я покинула бы Маунтин-Лейкс. Да он меня просто убьет.
— Ладно, хорошо, — говорит Айла, и я слышу в ее голосе широкую заразительную улыбку.
