Выражение «не судьба» обрело новый смысл, когда меня со сборной отправили на два месяца в Европу. Я не хотел ехать. Но всё, что тогда имел, было не моим, и мне прямо сказали, что я всё потеряю, если откажусь. Квартиру... Новую машину...
Когда вернулся в Россию, первым делом поехал к университету Евы. И снова увидел её всё с тем же парнем. Он встречал Еву после учёбы.
Не судьба. Слова брата отбойным молотком били по голове, и я в них поверил. И поверил в судьбу и в то, что нам действительно не суждено быть вместе.
Ева не выглядела подавленной или уставшей. Наоборот, она сияла, держась за локоть своего парня, пока он вёл её к машине. Она была счастлива... Про меня забыла.
В тот момент я уже не имел права вмешиваться в её жизнь. Это было бы слишком эгоистично.
Забыл ли я о ней потом?
Нет, ни на минуту не забывал. Личная жизнь не складывалась целых четыре года, потому что я неосознанно сравнивал всех девиц с Евой. И никто мне не подходил. А потом повстречал Дашку. Сначала она показалась мне милой и доброй девушкой.
Кто ж знал, что она лишь хорошая актриса.
А теперь я ещё больше поверил в судьбу. Ведь именно тогда, пять лет назад, она свела нас с Евой в той непростой ситуации. И именно она привела меня в её офис, чтобы Ева стала моим адвокатом.
И я, наконец, признаюсь ей во всём как на духу.
Сжимая её в своих объятьях, не позволяю уйти. И мы продолжаем стоять в крошечной прихожей её квартиры.
– Ты была счастлива с тем парнем. Я не стал вмешиваться.
Всё это время Ева не смотрела мне в глаза.
Но я вижу, что мой рассказ заставляет её дрожать.
– Я была счастлива, потому что старалась быть счастливой. Мне нужно было стереть из памяти своего первого мужчину.
– Я не понимаю. Объясни. Почему ты меня забыла? Как?
Она выпутывается из моих объятий. Снимает пальто, разувается..."
"– Я плохо себя чувствую, не хочу говорить с тобой, – бросает безжизненно и уходит в комнату.
Застываю на месте.
После минуты внутренней агонии отмираю, снимаю верхнюю одежду и обувь. Она меня больше не гонит.
Значит, я на верном пути.
– Давай я приготовлю что-нибудь перекусить? – замираю на пороге комнаты.
Ева игнорирует меня. Не раздеваясь, ложится на диван, отворачивается и накрывается пледом.
Хорошо... Пусть поспит. А я останусь тут. Буду с ней рядом до самой операции. И после – тоже. Приложу все усилия, чтобы она поскорее поправилась. Буду жить ею.
А потом...
