Папа настолько сильно скрежетал зубами, что даже через стенку слышно.
— Она слишком юная для тебя, — продолжал настаивать. — Ей всего двадцать!
— Ну что вы, Дмитрий Владимирович, ей же не тринадцать. Не бойтесь, не обижу девочку. Если… — сделал паузу, — ваша семья не обидит мою. Все по-честному.
Мы с Дианой смотрели друг на друга, и обе были разочарованы. За панелью тоже повисла тишина. Потом приговор:
— Нужно пригласить юристов для соглашения, — сдался отец.
Я подняла растерянный взгляд на сестру. Меня выдают замуж?! Замуж за Нагорного?! Собираются сделать заложницей в жестоких играх!
— Ты… — Диана полыхнула карими глазами и выбежала из ниши.
Смотрела так, словно это моя вина! Но я не желала этого! Я не хотела замуж!
Я осторожно покинула укромное место и, бегом спустившись по лестнице, вышла во двор. Какой-то дурной сон. Разве может такое случиться так быстро и неожиданно? Еще час назад я писала музыку, сочиняла к ней стихи и думала исключительно о грядущей сессии, а теперь в мыслях только ненавистное замужество.
Может, это ошибка? Мы что-то не так поняли. Испорченный телефон!
Я задумчиво опустилась на скамейку в саду и нашла глазами опору в виде статуи обнаженного Аполлона. Не уверена, что именно в Эрмитаже находился оригинал, а не качественная репродукция. Отец не любил подделки.
— Скоро буду. Да, решили вопрос с Савицким, — услышала я. Буквально в пяти метрах увидела широкую спину, обтянутую элегантным пиджаком. Мужчина не повернулся, но я узнала его по голосу.
Красивый. Богатый. Холостой. Мечта для женщин всех возрастов, но только не для тех, кто не любитель мазохизма. Такие как Нагорный — боль для той, кого выберут в спутницы. А я всегда боялась боли и крови.
Я не выйду за него замуж! Не выйду! Мне всего двадцать — время бунтовать и протестовать!
Я решительно поднялась и направилась к нему. Если уж Диане так охота лечь в постель с врагом, то пусть женится на ней. Она тоже Савицкая, по документам уж точно!
— Извините, — остановилась рядом, расправила плечи, хотела казаться выше и значительней.
"
"Нагорный повернулся и, смерив меня холодным взглядом, убрал телефон в карман. Весь мой запал как-то резко вышел: со свистом вместе с воздухом из легких. Стоило только темным глазам обратить на меня свое пристальное внимание.
Красивый мужчина. Именно мужчина, не мальчик. Сколько ему? Тридцать или больше? Судя по сплетням, он опытен и любит женщин. Судьба его жены — ходить с очень ветвистыми рогами.
