"
"Он разделался с моим супер-омлетом в несколько секунд и, взяв со стола салфетку и вытерев губы, посмотрел в мои глаза. Его взгляд оказался чуть выцветшим. Серо-голубым, но с оттенками стали.
Я отвела взор и, отложив гренок, выдохнула:
— Хорошо, что не было.
Да, я шла в тот клуб с определённой целью, но именно сейчас, сидя напротив мужчины, что вызвал во мне чувства, на которые я совсем не рассчитывала, мне не хотелось признаваться в низменности своего поступка.
— Хорошо? Ты уверена? — вскинул брови Дмитрий.
Я понимала, о чём именно он спрашивает и на какое продолжение диалога меня толкает, но больше не желала ничего подобного.
Отложив еду, я резко оттолкнулась от стола и, поднявшись на ноги, сказала:
— Спасибо за гостеприимство. До встречи.
Развернувшись, устремилась прочь из кухни, мысленно ругая себя на чём свет стоит.
Карина-Карина… Ну и чего же ты добилась? Умчалась от того, кто тебя привлекал, словно он был чёртом рогатым. А сейчас? Скинешь его рубашку, переоденешься и сбежишь окончательно?
Я добралась до той комнаты, в которой ночевала.
Стащила с плеч выданную одежду, когда нашла глазами свой вчерашний наряд, что был сложен в аккуратную стопку рядом с кроватью. Осталась в одном нижнем белье, потянулась за платьем и вдруг услышала от двери:
— Хочешь трахнуться уже сегодня вечером? Могу это устроить.
— А ты занимаешься сексом только по вечерам? Или речь не о тебе?
Сказала это и тут же прикусила язык. Что же я творю? Зачем намеренно вывожу на эмоции? Которые, в итоге, и получаю.
Потому что теперь глаза Димы полыхают. В них столько всего, что хочется сразу убежать, но не от страха. Вернее, я боюсь, но вовсе не этого мужчины, которого знаю меньше суток. Опасаюсь саму себя.
— Речь обо мне, — хмыкнул Дима и, шагнул ко мне.
Я скрестила руки на груди в бесплодной попытке прикрыться. Намеренно надела вчера откровенный бюстгальтер и не менее откровенные трусики. Так что они скорее открывали все мои прелести, чем их прятали.
— И нет, я трахаюсь в любое время суток.
Он добрался до меня, обхватил за затылок, начал целовать. Жадно вторгался языком в мой рот, а я стояла, растерянная, и не знала как реагировать.
— Только не говори, что ты и целоваться не умеешь, — ухмыльнулся Дима, отстранившись.
Меня не отпустил, напротив, притянул к себе ещё ближе, так что мои возбуждённые соски коснулись его оголённого торса. Между нами была лишь призрачная преграда кружева. И всё.
