Как раз можно поболтать и укладываться спать.
Я прошла за ней в комнату. Надина была нервной и отводила глаза, словно ожидая от меня неудобных вопросов. И я не стала приставать сразу, дала ей расслабиться.
— Хочешь молока на ночь? Предлагаю сегодня лечь спать пораньше, завтра нам понадобятся силы, ведь домой возвращается ураган по имени Мирелла, — улыбнулась я.
Надина заметно расслабилась и кивнула.
— Пойду схожу за молоком, а ты пока переодевайся и укладывайся.
Глава 31
ПЕРЕЖИВАНИЯ ПАМЕЛЫ-НАДИНЫ
Я принесла теплого молока и печенья.
Надина в пижамке уже лежала в кроватке. Мы болтали ни о чем, я рассказала новую выдуманную сказку. И когда девочка совсем расслабилась, я спросила:
— Надина, что случилось в гостиной? Что тебя так расстроило?
Надина сразу напряглась и закусила губу, раздумывая, что ответить. Я терпеливо ждала, всем видом выражая понимающую заинтересованность. Наконец она решилась:
— Я вспомнила маму…
Глаза девочки заволокла тьма, она нервно сжала руками пододеяльник.
— Не любить свою маму — это очень плохо? — испуганно, шепотом, выдохнула Надина.
— Мы не обязаны любить кого-то только потому, что он нам кем-то приходится, — ответила я. — Иначе бы все родственники любили друг друга, но так не бывает.
Да, Надина, добро пожаловать во взрослый мир. Эх, очень хотелось бы как можно дольше уберечь вас, детей, от него. Но лучше готовиться к встрече с ним понемногу.
— Но это же… я люблю папу… сестер люблю… Мне кажется, я очень плохая, если не люблю маму.
— Из ее глаз полились слезы.
— Моя мать продала меня за тридцать золотых, когда мне было столько, сколько сейчас Мири. Как думаешь, я должна ее любить?
Надина перестала плакать и уставилась на меня круглыми глазенками.
— Ты любишь папу и сестер, потому что они тебе не делают ничего плохого. Они любят тебя, и ты отвечаешь любовью. Я не знаю, что у тебя произошло с мамой, но, видимо, она тебя сильно чем-то обидела или разочаровала. И в этом нет твоей вины.
— Да, обидела. — Лицо девочки вытянулось при воспоминании о прошлых огорчениях, и нижняя губа обиженно выпятилась.
— И с папой они постоянно ругались. Как сейчас с Камиллой.
— Когда человек постоянно делает что-то, что тебя обижает, откуда взять любовь к нему? Ты не должна винить себя, что ты не любила маму. Но она умерла, и тебе надо найти в себе силы простить ее. Для самой себя, — вздохнув, вспомнила я, что смогла простить Лероя, только когда он умер. В чем раскаивалась до сих пор.
