Феликс потравил шуточек-прибауточек еще на минут десять и свалил в закат, а я остался напряженно сидеть за дубовым столом, вперяясь в гладкую блестящую поверхность.
Как так вышло, что, дожив до своих лет, не чувствовал подобного ни к одной женщине.
Все чаще поглядывал на экран телефона, чтобы долбанное время подошел к концу. Чтобы с чистой совестью отправиться домой. К своей девочке, надо чтобы она хоть немного отдохнула. Наверняка не легла спать, как я сказал. Миша все равно после жаропонижающих забылся под утро крепким сном.
Но Настя упорно сидела над ним и чуть ли не гипнотизировала мальца.
А я сидел с ней, прижимая нежное тельце к себе.
Совсем сошел с ума.
Как-то тягуче рабочий день подошел к концу, я вывалился из кабинета выжатый как лимон, когда телефон завибрировал.
— Да, Настя.
— Руслан, а ты…ты скоро будешь дома? — голос мне не понравился, словно она через силу говорила.
Остановившись возле машины, пытался понять, что именно не так. Вроде я не успел еще никак накосячить, не обидел, не задел никак.
Качественно отлюбил в разных позах.
— Настя? Что случилось?
На том конце провода повисла пауза, монотонно давящий на уши писк из-за перебоев со связью бесил. Молчала и странно дышала в трубку.
— Заедешь в аптеку? У нас закончились жаропонижающие, а так все нормально.
Сжал челюсть. Ну врет же. Откровенно врет. Она со мной так никогда не говорила. Даже когда злилась, язычок острее перца чили.
— Ясно.
Дальше слушать не стал, решил как можно скорее удостовериться самостоятельно в своих догадках.
С такой скоростью по городу я еще не ездил, но с моими номерами это вполне допустимо. Подобных мне не останавливают. Видя нас — перекрещиваются и желают поскорее убраться подальше, чтобы не нажить проблем. А таких проблем я мог устроить уйму.
Скупив пол-аптеки, на всех порах понесся домой. Стоило только переступить порог и увидеть Настю, еле стоявшую на ногах, я понял все без слов.
Бледная как стена! Очевидно же, что заболела.
— Это ты называешь «все нормально»? — прогремел на всю квартиру.
Приблизился вплотную, стараясь унять гнев. Легкий цветочный аромат щекотал нос, но нихрена не успокаивал в этот раз. Я лишь сильнее распалялся.
— Тише, Миша спит! — взгляд резко перестал быть уставшим. Фурия вошла в свою стихию. Я схватил девчонку за руку и просто обалдел. Горячий чайник по сравнению с ней ничто.
— Да ты вся горишь, Настя! — приложился губами ко лбу. Потная. Горячая. — Быстро в кровать.
— Но ты голодный…
Голодный.
