Жить вы будете у меня, разумеется, всем обеспечу. Продолжишь работать или учиться, что ты там делаешь.
— Голый расчет, я поняла, — продолжила я и уперлась взглядом в руки. — Я учусь, но активно ищу работу, с прошлой меня уволили.
— Именно, что расчет. А уволили — это хорошо, не место тебе там.
Я не поняла, к чему он это сказал, но задавать вопросы уже и не хотелось. Впервые незримая надежда опустилась передо мной на расстояние вытянутой руки.
Мы посидели в молчании еще некоторое время, когда он, докурив уже вторую сигарету, отчетливо проговорил:
— Переедешь ко мне уже, комнат в избытке, никто никому мешать не будет.
— Я бы хотела забрать вещи и объясниться с женщиной, у которой снимаю комнату.
Мужчина придирчиво осмотрел меня с ног до головы и как-то неоднозначно хмыкнул. В глазах промелькнула то ли усмешка, то ли пренебрежение, но в любом случае…стало не по себе.
— Поехали, отвезу, — встал и двинулся по коридору, оставляя за собой шлейф дорогого мужского одеколона, смешанного с запахом сигарет. Смесь получилась на удивление приятная, и все мои рецепторы сконцентрировались на аромате.
— Я и сама…могу, — неуверенно прошептала вслед. Всем телом ощутила недовольство, ударившее в спину с размаху.
— Покорность, помнишь, да? — одна фраза, а сколько в ней льда и непоколебимости. Спорить резко расхотелось, вдруг еще откажется помогать. Но откуда такая реакция на упоминание о моей маме?"
"Мысли роились в голове, и каждая новая приносила все более замысловатые сюжеты. Тьху, да что там может быть в конце концов?! Не спрашивать же его повторно.
Руслан не похож на человека, который любит получать уйму вопросов.
Значит просто ждать… Рано или поздно, правда откроется мне. Надеюсь.
Стоило ли говорить, что и машина у такого человека как раз под стать? Огромный черный внедорожник, пугающий своими размерами. Можно было бы назвать его танком на колесах, ну или бронетранспортером, способным преодолевать любые расстояния. Ехали мы молча, и эта гнетущая тишина била по ушам, не спасало ситуацию даже радио, весело трещавшее в салоне.
— Адрес, — первым прервал молчание.
— Жаботинского, 5, — мой ответ позабавил его. Ну да, куда уж нам, живущим на окраине, на самом отшибе? Конечно, если ты привык к другому уровню жизни, то невзрачный дом, довольной убитый и пошарпанный, покажется чем-то гадким.
Молчание угнетало. От скуки начала рассматривать приборную панель, отдающую разными цветами. Не машина, а ракета.
Боковым зрением я следила за уверенными движениями рук.
