— Если…если с ее головы хотя бы волос упадет, то… — в который раз приложился разбитым кулаком к стене, оставляя безобразный узор крови на гладкой поверхности.
— То ты ничего мне уже не сделаешь, — перебил меня, продолжая гнуть свою линию."
"— Сука! Будь мужиком и приди на личную встречу, посмотри мне в глаза, падаль ты конченная! Что тебе сделала девчонка невинная? Что?
— Это для твоей сговорчивости, Каин. Чтобы дурного в голову не брал, а тяжелого в руки.
— Ты просто ссыкло. Вот и весь ответ, тебе проще на женщинах сыграть.
— Ссыкло у нас тут другой человек, мой НЕ брат. Скину цифры в течение нескольких дней, приедешь точно по координатам. Приведёшь хвост — ей не поздоровится. А пока домашнее задание тебе, командир, уточни у своего обожаемого друга, что он делал с Мехшидовым и зачем приперся в логово к врагу. ОН ведь уже пришел в себя, не так ли?
Глаза заволокло гневом. Полномасштабным. Готовым вылиться нарушу жидкой лавой. Я не верил, сжимая долбанную трубку до скрипа, я не мог поверить в то, что реально это могло бы быть правдой.
— Что?
Но моему вопросу было суждено повиснуть в воздухе. Макс отключился. Тварь. Дважды. Я слышал это уже во второй раз в своей жизни. Неужели? Неужели Феликс мог бы. Нет, чушь собачья, я не верил ни единому слову этой суки. Мы нашли тогда у него второй телефон для связи исключительно с Мехшидовым, а там часть слитой информации. Он сливал ее и наверняка получал нехилые бабки. Продал Родину, продал друзей и стал причиной гибели товарищей.
Сейчас он вернулся лишь со своими корыстными целями, которые точно откроются в самый неожиданный момент, а пока он продолжит сталкивать нас лбами.
Но зачем…спустя столько лет возвращаться и делать столько лишних телодвижений?
Оставив Мишу на попечение охраны, которая теперь дежурила и в квартире, и за пределами, и по периметру высотки, я помчался в больницу, вжимая педаль газа в пол. Мне надо посмотреть ему в глаза. И все встанет на свои места.
— Сюда нельзя! Мужчина! Вы куда?! — я с кинул со своей руки холодную маленькую ладошку, уверенно продолжая свой путь в сторону отделения интенсивной терапии.
Больница замерла в ночной тишине, а я разрезал пространство стуком бойцовских ботинок. Нет времени на выяснения отношений. У меня жена в руках психованного придурка, который в любой момент мог бы слететь с катушек окончательно.
— Мне можно все.
— Я вызову охрану, — медсестра повисла на моей руке, но я одним пальцем отцепил ее от себя.
