Пошлая мелодрама, но она зацепила меня тем, что девчонка моего возраста пыталась разыскать отца. Она попросила знакомых компьютерщиков пробить о нем информацию, нашла его в другом городе, и он, конечно, был счастлив ее увидеть.
– Почему же ты не сделаешь то же самое? – удивился Ивашов. – У тебя наверняка сотня знакомых компьютерщиков среди геокешеров.
Рита вздохнула:
– Наверное, потому, что боюсь разочароваться.
Он понимающе посмотрел на нее:
– Обида? Твоя мать, наверное, надорвалась, работая дни и ночи, как моя…
– Это верно, надорвалась, – подтвердила она, кусая губы.
– Только отца я давно простила. Мужчины часто бросают детей-инвалидов.
– Тогда чего же ты боишься? – изумился Ивашов.
Она улыбнулась, на этот раз не загадочно, а грустно:"
"– Боюсь, что моя мечта не сбудется. Как он встретит меня после стольких лет разлуки? Понимаешь, если он не пытался меня найти и узнать, как мы – нет, не живем, выживаем – с матерью, значит, совсем вычеркнул меня из жизни. Я боюсь его замешательства, стеснения… Он наверняка женат и имеет детей.
Я боюсь его неловкости перед женой и ее осуждающего взгляда. Пусть наша встреча так и останется в моих мечтах – если он сам не захочет воплотить ее в реальность.
– Фантазерка! – усмехнулся он. – А если твой папа думает почти так же? Например, как встретит взрослая девушка человека, который бросил ее, больную? А вообще, по-моему, не нужно ни о чем думать. Хочется тебе найти отца – ищи. Видишь ли, сегодня, на горе, я многое понял. И прежде всего, каким был эгоистом.
Отец искал со мной встречи, мать об этом не говорила – ее можно понять. И вот встреча состоялась, а, впрочем, могла и не состояться: я поступил не как адвокат, а как прокурор: заранее вынес ему приговор, который не подлежал обжалованию, без смягчающих обстоятельств. Теперь я не могу найти себе места, вспоминая об этом.
– Но ты хочешь найти его убийцу, – тонко заметила девушка. – Значит, что-то теплое в тебе шевельнулось еще раньше.
Он покачал головой:
– Да, сожаление было, но и только.
Иногда мне кажется, если быть честным с самим собой, я просто хотел снять с себя обвинение в его убийстве – не более того.
– Ладно, – сказала она примиряюще. – Ты раскаялся – зачем мучить себя теперь? Ты взглянул на себя со стороны, понял свои ошибки и стараешься исправиться. Давай не будем о прошлых грехах. Поверь, их хватает у каждого, но далеко не у каждого находится мужество в них признаться. В основном винят кого ни попадя, дескать, сами белые и пушистые.
